Давно хочу попробовать одну идею – страны как люди. То есть посмотреть на поведение государств не только через геополитику, национальные интересы, баланс сил и прочие правильные слова, которыми политологи зарабатывают себе на хлеб, но и через логику обычных человеческих отношений. В конце концов, государства – это не абстрактные существа с флагами вместо головы, решения там принимают вполне конкретные люди, а значит, обида, желание контролировать, страх потери, борьба за субъектность и попытки начать всё "с чистого листа" никуда не исчезают. Давайте попробуем. И для первой попытки отношения нынешних властей Грузии с США подходят почти идеально.
Много лет у Грузии с Америкой были отношения, которые официально назывались стратегическим партнёрством. В Хартии 2009 года довольно честно было записано, на чём именно оно строится – не только на общих интересах в сфере безопасности, суверенитета и территориальной целостности, но и на верховенстве права и евроатлантической интеграции Грузии. То есть это были не отношения по расчёту и не вечная клятва верности. Это был договор: мы вместе, потому что у нас есть совпадающие интересы и определённое представление о том, какими должны быть эти отношения. Потом нынешние власти Грузии решили, что часть этих условий их больше не устраивает. Они имеют полное право проводить ту внутреннюю и внешнюю политику, которую считают правильной. Но вот здесь начинается самое интересное. Право властей Грузии вести себя так, как они считают нужным, совершенно не означает обязанности США продолжать вести себя так, как удобно властям Грузии.
Если переводить всё это с дипломатического языка на человеческий, картина получается занятная. Один партнёр говорит: "Я больше не хочу жить по прежним правилам, это моя жизнь, не дави на меня". Вполне законное требование. Второй отвечает: "Хорошо, твоя жизнь – твой выбор, но тогда и я не обязан сохранять прежний формат наших отношений". И вот это уже не обязательно давление. Это может быть граница. Давление – это когда человек пытается заставить тебя вести себя так, как нужно ему. Граница – когда он признаёт твоё право поступать как угодно, но оставляет за собой право решать, в каких отношениях после этого готов участвовать. Разумеется, сокращение поддержки, визовые ограничения, политическое давление и вероятность санкций уже содержат элементы принуждения, и было бы смешно изображать США безмятежным психотерапевтом, который только уважает чужие границы. Великие державы вообще редко получают диплом по ненасильственной коммуникации. Но приостановка стратегического партнёрства сама по себе выглядит именно как изменение собственного участия: власти Грузии могут проводить ту политику, которую считают правильной, но прежняя степень близости с США не является их бессрочной собственностью.
И вот на этом фоне особенно интересно звучит любимая формула нынешних властей Грузии – восстановить отношения с США "с чистого листа". Тбилиси предлагает восстановить стратегическое партнёрство, начать отношения заново, оставить прошлые конфликты позади. И здесь человеческая аналогия становится почти неприлично точной. Что такое "начать с чистого листа"? Если оба человека говорят: мы поняли, почему всё развалилось, старые правила больше не работают, давайте договоримся о новых – это действительно новый лист. Но если один говорит: "Я менять своё поведение не собираюсь, обсуждать причины конфликта тоже особенно не хочу, зато предлагаю тебе забыть всё неприятное и вернуть прежний уровень отношений", то это уже не чистый лист. Это просьба стереть последствия собственного выбора.
И вот здесь, мне кажется, находится главный вопрос нынешних грузино-американских отношений, причём гораздо глубже всех разговоров о Байдене, Трампе, "deep state", Джо Уилсоне и прочих персонажах текущего сезона. Власти Грузии действительно имеют право проводить какую угодно политику в рамках своих полномочий. Америка действительно не должна назначать нам правительство или писать за нас законы. Но власти Грузии не могут одновременно требовать абсолютной свободы от американских требований и считать американскую поддержку, политическую близость и стратегическое партнёрство чем-то автоматически им причитающимся. Свобода становится настоящей только тогда, когда человек – или власть – готов принять последствия собственного выбора. Всё остальное называется не субъектностью, а желанием сохранить привилегию.
Поэтому "чистый лист" между нынешними властями Грузии и Вашингтоном, возможно, действительно нужен. Только чистый лист – это не амнезия. На нём придётся заново написать, чего хотят от этих отношений США, чего хотят власти Грузии, что каждая сторона готова дать и с чем категорически не готова мириться. И вполне может выясниться, что прежних отношений больше не существует, зато вполне возможны новые – гораздо более прагматичные, построенные на расчёте: национальные интересы, безопасность, Средний коридор, региональная стабильность. Государства, как и люди, иногда взрослеют именно так. Главное – перестать требовать от другого прежнего формата после того, как сам объявил прежние правила отношений неприемлемыми.
#стратегическаястратегия
