ИИ уже здесь: в кармане, на столе, у каждого под рукой. И вдруг оказалось, что у многих он не работает, не клеится, галлюцинирует. И первое, что приходит в голову: это я туплю или модель сырая?

Ни то, ни другое. Нам продали не тот сюжет. Корпорациям надо было поднимать инвестиции, и они обещали золотые горы: вот-вот нейронка всё сделает сама, профессии умрут, человек станет лишним. Гор не вышло, сплошные колымаги и кочки, и слава Богу. Потому что вместе с горами рассыпалось и обещание, что профессии исчезнут. Они не исчезают — они углубляются. И углубление это не в нейронке, а в самом человеке, в его мышлении, в той структурированности, без которой с ИИ не сработаешься.

Вот где настоящий сдвиг. Мы привыкли оценивать ИИ: какая модель вышла, насколько быстрее, насколько мощнее. — всё это количественные показатели. А акцент смещается на качество, и качество сегодня — это мышление человека. Вопрос не в том, когда нейронка дотянется до нас, а в том, дотянемся ли мы до неё.

И начать стоит с того, что все знают, но мимо чего проходят. ИИ — это прежде всего LLM, Large Language Model — большая языковая модель. Язык стоит прямо внутри названия, и это не случайно. Машина принимает от тебя ровно одно: язык. А значит, упираешься ты в итоге в свой собственный.

Тут и вскрывается то, чего мы за собой не замечаем. Нам кажется, что мысль уже готова и остаётся её произнести, что между понятым внутри и сказанным вовне нет зазора, есть только задержка на проговаривание. А зазора нет не потому, что мысль легко выходит наружу, а потому, что выходить нечему.

У Хомского есть очень точное различение: внутренний язык и экстернализация.

Внутренний язык — это сама мысль, структура, которая рождается ещё до звука и порядка слов. А внешнее, выписанное в строку, — надстройка над ним. Внутри мысль может казаться готовой, но пока она не легла в слова, ты не знаешь, есть она или тебе так кажется. Язык и есть единственный способ это проверить. Другого детектора мышления у нас нет.

И всю жизнь мы этой проверки избегали, потому что рядом был человек, который достраивал. Мы же говорим лакунами: бросил полмысли + жест, «да что с тебя..» (жест), «и я тебя..» (взгляд), «ну ты понял» — и собеседник кивнул, закрыл, заполнил лакуну в своей голове и поехали дальше.

Живое общение насквозь дырявое, просто дыры затыкаются с той стороны, и мы их не замечаем.

Нейронка не затыкает. Она принимает только то, что ты реально вывел наружу, и ни миллиметра не достраивает за тебя. Она первый собеседник, который слушает тебя честно, без скидки, и потому впервые показывает, куда мысль дошла на самом деле, а не куда тебе кажется.

Вот откуда та глупость, которую сложно не заметить.

Я как-то высказался, что нейронка умного делает умнее, а глупого глупее. Но это не так — ИИ создает ситуации, в которых мы выглядим глупо. Она убирает опоры, которыми мы всю жизнь прикрывали недоведённую мысль. И человек впервые видит свою мысль такой, какая она есть.

Поэтому развивать придётся не промпт, а себя.

Не смотрите про ИИ. Не читайте про ИИ. В особенности, если это вас бесит. Это как бежать за горизонтом в то время, как паровоз едет за вами. Займитесь собой, готовьте себя. Признайте, что ИИ — это щупальца, которые будущее уже запустило в настоящее. Все эти реакции — гнев, торг, отрицание и т.д. и т.п. — это естественный процесс, который закончится принятием.