Почему я люблю русское? Потому что это поле — непаханое, брошенное и оставленное. Лично для меня это прежде всего поле возможностей: то, чем это поле можно заполнить.

Поэтому, когда смотришь на него, три чувства смешиваются в одно: жалость, детская обида за обман и, тем не менее, вера в то, что в конечном счёте будет по-другому.

Слава КПСС был прав: быть русским — это как держать удар по яйцам.
Это как полюбить кириллицу при условии, что ты родился в 80-е и сформировался до нулевых.
В этом есть что-то извращённое, и при этом глубоко естественное с точки зрения взросления и погружения.

Я думаю, что человек связан с местом, пространством и временем, в которое он родился. Он ограничен этим. Но любое внутреннее ограничение снаружи оказывается внешней формой проявления внутренней функции, пути, миссии, призвания или просто «своего дела». То есть место и время определяют нашу суть, даже если сама суть для нас остаётся тайной.