🇱🇧Чем объясняется популярность шейха аль-Асира? Исследователи выделяют несколько причин.

Важную роль сыграло разочарование мусульман-суннитов в суннитских элитах – как политических, так и религиозных. Политически в суннитской общине Ливана с середины 1990-х доминировала семья аль-Харири. Однако на рубеже 2000-2010-х эта династия потерпела несколько поражений в конфликте с Хезболлой, и это, с одной стороны, ослабило политические позиции Харири, а с другой — заставило многих суннитов почувствовать, что их права нарушаются шиитской Хезболлой.

В 2008 году правительство, которое возглавлял близкий союзник Харири, попыталось демонтировать телеконммуникационную сеть Хезболлы — в частности, скрытую камеру в единственном международном аэропорту Ливана, которая предположительно принадлежала этой партии. В ответ боевики Хезболлы вошли в Западный Бейрут и сожгли офис телеканала, который принадлежал Харири. Перестрелки в Бейруте и некоторых районах Ливанских гор продолжались несколько дней, и в них погибли десятки человек.

Затем, в начале 2011 года, про-сирийские и про-иранские политики отправили правительство Саада Харири в отставку, отозвав своих министров. Причиной стали разногласия из-за международного трибунала по убийству Рафика Харири (2005) – отца Саада Харири, миллиардера и премьер-министра в 1992-98 и 2000-04. В убийстве подозревают Сирию и Хезболлу. Часть ливанских суннитов восприняли смену правительства как унижение: их главный политический представитель лишился премьерского кресла из-за спора по поводу принципиального и очень чувствительного вопроса.

Помимо этого, правительства Харири ничего толком не делали, чтобы улучшить уровень жизни в своей родной Сайде или других регионах страны – если не считать стандартные социальные «услуги», которые политики предоставляют в обмен на голоса избирателей. В 1990-х правительства Харири много вкладывали в послевоенное восстановление Бейрута, но игнорировали развитие других городов и регионов. В результате ещё до нынешнего кризиса больше трети жителей преимущественно суннитской Сайды жили за чертой бедности.

Однако шейха Асира поддерживали не только бедные слои населения. Норвежский исследователь Are Knudsen пишет, что среди его сторонников были представители среднего класса и зажиточные горожане. Поскольку аль-Асир не был связан с влиятельными семьями и официальными религиозными институтами, но проявлял лидерские качества, часть жителей Сайды финансировали его движение в надежде на то, что, если однажды шейх станет влиятельным, он не забудет своих благодетелей. Иными словами, часть среднего класса рассматривала его как специфический «социальный лифт» в городе, где всё уже поделено между влиятельными семьями.

Что касается религиозных институтов, Raphael Lefèvre пишет, что Дар аль-Фатва (официальный суннитский муфтият Ливанской республики) уже давно находится в кризисе. Дар аль-Фатва страдает от проблем с финансированием и репутацией: муфтият обвиняют в коррупции и обслуживании интересов политических элит. Низкие зарплаты официальных шейхов толкают будущих богословов сотрудничать не с муфтиятом, а с щедрыми салафитскими фондами из стран Персидского залива. Всё это способствовало росту популярности местных мечетей и проповедников, не вписанных в официальные религиозные структуры.

Все эти невзгоды и разочарования подготовили почву для взлёта шейха Ахмада аль-Асира в начале 2010-х. Многие сунниты в Сайде чувствовали себя покинутыми центральным правительством, суннитскими политиками и официальным духовенством, и считали, что права их общины ущемляются в пользу шиитов. В своих проповедях аль-Асир апеллировал к фрустрации, которую испытывали сунниты: «Можно жить без хлеба и электричества, но не без достоинства. Партия сопротивления [Хезболла] лишила нас достоинства. Мы больше не можем мириться с этим» (2012).

(Are John Knudsen, Sunnism, Salafism, Sheikism: Urban Pathways of Resistance in Sidon, Lebanon; Rosita Di Peri / Daniel Meier, The Sunni community in Lebanon: from “Harirism” to “sheikhism”?; Raphael Lefèvre, The Sociopolitical Undercurrent of Lebanon’s Salafi Militancy)