О советизации и нацификации

Я многократно встречал мнения, что если бы РСФСР получила бы равные права внутри СССР, то это привело бы к развалу СССР.  Мол, потому и держали РСФСР в чёрном теле, чтобы не развалилось.

Более того, нынешние комми прямо возлагают ответственность за развал СССР не на партийную номенклатуру союзных нацреспублик и ими же созданные этнократии, а именно на РСФСР. Ложь этих обвинений не так давно разбирал историк Александр Дюков.

Бесправное положение РСФСР приводило к тому, что все союзные республики жили за счёт РСФСР, а их нацнаселение воспитывалось с убеждением, что это они кормят РСФСР, а Россия (Москва) их угнетала и угнетает.

И как только этнократии были выкормлены, как только институционально нацреспублики были готовы отправиться на выход, они туда и отправились. В условиях Перестройки и демократизации оказалось, что все нацреспублики кроме РСФСР имеют национальные, сепаратистские движения, нацэлиты и этнократии, крышуемые же местными КГБ. И если демократическое движение РСФСР выступало за демократию и права человека, то в республиках были национальные, шовинистические, русофобские движения, которые действовали в интересах новых незалежных государств, инкубатором для которых и стал СССР.

В то время как русского движения, национальной русской элиты не существовало даже в рамках РСФСР. То есть противостоять распаду было просто политически некому. А распад можно было остановить по крайней мере попытаться по границам исторической России и там где мы имели существовенное количество русских, которые могли бы перехватить инициативу, если бы имели свою политическую элиту в Москве и свой политический центр. То есть вполне реально можно было бороться за Казахстан, Украину, Белоруссию, Молдавию, Латвию, Эстонию как минимум тогда, а не сейчас. Тогда можно было бы поставить вопрос о восстановлении единства исторической России в естественных границах большой исторической России, а не в обкорнанных границах РСФСР.

Если бы участники Ленинградского дела имели бы успех, то у русских был бы свой центр, и как минимум с середины 50-х могла бы быть совершенно иная ресурсная политика, которая усиливала бы центр, а не истощала его в угоду этнократий. А пробуждение русского сознания, которое было начато в Великую отечественную войну, не закончилось, а развилось бы, что позволило бы поставить вопрос и о прекращении политики этноцида русских тогда же, например, остановить процесс превращения русских в украинцев на землях Малороссии и Новороссии. Да и национальные мафии, та же азербайджанская, не смогли бы достигнуть того влияния, которого они достигли ещё во времена СССР, начиная с со сталинских времён.

Перечитывая Ленина, например его позднюю и ключевую статью от 30 декабря 1922 года "К вопросу о национальностях и "автономизации" и её продолживших записках от 31 декабря 1922 года, в двух словах всю суть ленинской национальной политики, последствия которой мы расхлёбываем прямо сейчас можно сформулировать так:

Социал-национализм для нерусских народов с поражением в правах представителей русского народа в той степени, покуда он не прошёл советизацию и дерусификацию.

Я уж не говорю, что большинство социальных слоёв России для Ленина оказались не тем народом, к концу 1922 года у него было чёткое понимание, что и рабочие в России не те, и их надо подвергнуть политике этноцида: Нет сомнения, что ничтожный процент советских и советизированных рабочих будет тонуть в этом море шовинистической великорусской швали, как муха в молоке.

Советизация, то есть этноцид русских и нацификация нерусских – это главный идеологический постулат Ленина.

Результаты расхлёбываем кровавой и тяжелейшей нынешней войной. И она ещё не последней будет.