Идеологические предпосылки белоруссизации

На признанном иностранным агентом Инсайдере попалась крайне интересная статья о состоянии отношений власти и общества (в первую очередь "элоев").

Последние 3 года власть демонстрирует казалось бы непоследовательное поведение - после пенсионной реформы 2018 года произошел отказ от праворадикальной идеологии "ватничества". Система показала готовность к умягчению, началась популяризация идеи о преемнике в рамках трансфера. Однако пандемия прервала оттепель, а после событий в Белоруссии антидемократичность системы достигла беспрецедентных с 1991 года масштабов. Несистемная оппозиция фактически выдавлена из легального политического поля, преследуют даже активных представителей системной оппозиции, перекрыта канализация любого протеста.

Данные явления становятся вполне логичными если рассматривать происходящее с идеологической точки зрения.
То, что вылилось в ватничество, изначально планировалось в качестве идеологии объединения общества против западных супостатов, о чём намекают близкие явления - милитаризм силовиков и лоялизм пенсионеров. Однако по причине избыточного ордынства и культа грубой силы, идеология смогла найти опору исключительно у маргинализированной части общества включая интеллигенцию.

Предтрансферная оттепель, напротив, преследовала цель сохранить поддержку части элит и обслуживающего ее среднего класса, испугавшейся пугачёвщины, возможной в случае "угона" ватничества и смешения его с антиэлитарной идеологией сторонников Навального.
На этом этапе, данная идеология была отдана другим системным политическим силам, как, например мутировавшая СР. Что-то перепало и коммунистам.

Полезно отметить, что и ватничество и концепция трансфера относятся к элементам мягкой силы - стремлению сохранить наиболее экономически выгодную элитам авторитарную модель управления без провокации прямого конфликта государства и общества. Однако успехи белорусской диктатуры в подавлении протестов опираясь исключительно на грубую силу одновременно со стабильным снижением уровня поддержки населения и страх бунтов против эпидемиологических ограничений способствовали переходу к принятию жесткой силы и переходу к белоруссизации.

Белоруссизация соответствует осознанию системой неэффективности пропаганды и любой мягкой силы в условиях усиления напряженности конфликта между государством и обществом. Низы уже не вытягивают, верхи хотят сразу в рай.
Любой "патриотический" комментарий на политизированных "элойских" ресурсах сразу оценивается на 15 рублей. Власть потеряла поддержку молодёжи, экономически активной прослойки независимого от государства среднего класса, синкретического креативного класса. Вследствие пенсионной реформы, теряет и предпенсионеров.
Обострение социального неравенства, подстёгнутое льготной ипотекой подорожание жилья не только в столицах, но и в регионах, стабильный рост цен на продукты делает мягкую силу несколько неадекватной.

Cпустя 9 лет к системе ВНЕЗАПНО пришло осознание, что холодильник всегда побеждает телевизор вне зависимости от бюджета. Однако выводы были сделаны сообразно интеллектуальным способностям причастных. Вместо перезагрузки управляемой демократии или раннего трансфера, была оглашена идея (не)умеренного (анти)консерватизма - радикализирующей трактовки этатизма, направленной на усилении вмешательства государства во все сферы жизни общества, усиление госсектора в экономике, формировании облика диктатуры, зачистке политического поля, установлении слежки за населением и созданием чебурнета.

Зрелой белоруссизации будет соответствовать "идеология для своих" с восприятием системности как полного принятия любых решений власти, для населения же останутся исключительно силовые механизмы. Пропаганда продолжит свое существование, как она продолжает и в Белоруссии, однако теперь даже власть понимает то ее истинную эффективность.
Даже только начавшаяся белоруссизация исключает достоверность статистики, любые опросы можно проводить лишь на кухне, после второй рюмки. По этой причине, государственная пропаганда будет работать исключительно вслепую.

Наивная политология