Согласно рассказу моего мужа - именно в этой роли он первый раз увидел меня на сцене в далеком 2016.
«Закрой глаза и смотри».
В этом спектакле я играю Гудини, Айседору Дункан, Эйнштейна — личности, легенды, глыбы. А тут — по…звезда 80-ых. Чиччолина.
Помню первые разы, когда выходила на сцену в этом образе — мне было стыдно. Реально стыдно.
Думала:
ну что, ну проходной персонаж, ну несерьёзная роль, так поржали и все.
Но потом я поняла о чем она для меня на самом деле. Если убрать за скобки профессию.
О бесстыдстве.
О смелости жить то, что хочется, не смотря на то, что это могут осудить.
О безбашенности и о «невозможное возможно».
(На секундочку, она выиграла выборы в Италии и стала политиком, продолжая сниматься в кино для взрослых)
И пока я в себе не приняла ту часть, которая не только про великое и духовное и «глаголом жечь сердца людей», а про жизнь во всех ее гранях - роль не приносила удовольствие.
Вчера после перерыва вспомнила как обожаю этого персонажа, это для меня как в отпуск съездить.
Интересно вот что еще.
Люди, которые видят меня в подобных ролях на сцене (Чиччолина или Весна в Аномалии) — потом приходя ко мне в личную работу, говорят примерно одно:
«Хочу позволить себе эту беспардонность, эту живость. Я устала всё контролировать. Я устал держать фасад, что-то строить из себя. Хочу простоты. Живой».
И я не устаю поражаться — как сцена и терапия переплетаются между собой.
P.S.: А сегодня со «Скрепками» как раз через работу над ролями для нового спектакля, идем в работу и со своими гранями.