Неделю назад я опубликовала открытое обращение к Ольге Анатольевне Федорченко и попросила о простом: если в моей книге действительно есть «подтасовка фактов», «домыслы» и «сомнительная интерпретация», показать конкретные примеры — страницу, цитату, первоисточник и то, что именно искажено.

Ответа я не получила.

При этом Ольга Анатольевна, безусловно, читает мои публикации. Причём, как показывают скриншоты, моё обращение она прочитала практически сразу после публикации — через несколько минут. Это вообще характерно для её реакции на мои публикации: она регулярно знакомится с ними очень оперативно.

Поэтому вопрос здесь не в том, дошло ли до неё моё обращение.

У меня есть только один публичный отзыв Федорченко о моей работе, опубликованный два года назад. Поэтому за неимением другого ответа разберу его.

Федорченко пишет, что я «усердно насобирала отовсюду субъективные замечания современников о Нижинском», «собрала из них кучу, навалила ее на фигуру Нижинского» и затем «разгребаю» её.

То есть сам факт существования негативных высказываний современников о Нижинском она не оспаривает. Она называет их субъективными и не соглашается с тем значением, которое я им придаю.

А вот здесь как раз начинается предмет научного спора: какие именно свидетельства я использовала, насколько они достоверны, правильно ли я их цитирую и обоснованны ли мои выводы.

Это можно было бы разобрать совершенно конкретно: источник, цитата, моя интерпретация и объяснение, где именно я ошиблась.

Но вместо этого появляется метафора про «кучу грязи» и фраза: «сами знаете, какое животное грязь находит».

Интересно и другое. Федорченко пишет: «до труда и постов госпожи Гареевой мне и думать не приходилось, что Нижинский оболган и унижен».

То есть именно мои материалы заставили её впервые задуматься над этой проблемой. С самим наличием этих свидетельств она не спорит — она не принимает мою интерпретацию их совокупности.

И это нормально. С выводом можно не соглашаться.

Но тогда возникает вопрос: почему вместо разбора источников и аргументов появляется характеристика автора?

Тем более что, возмущаясь моими словами о Красовской — «допускает грубые ошибки», «в обычной своей фантазийной манере» — Федорченко сама использует в отношении меня сравнение с животным и «кучей грязи».

Я не собираюсь отвечать на это тем же.

Мне гораздо интереснее другое: если сегодня существуют серьёзные научные претензии к моей книге, почему за неделю после моего обращения не появилось ни одной конкретной страницы, ни одного первоисточника и ни одного доказанного искажения?

Вот это был бы разговор о науке.

А пока единственный подробно сформулированный отзыв Федорченко о моей книге — это не научный разбор, а оценка автора и её работы через метафоры.