Про недавнюю драку в Ашане знают все. И это говорит не только о нашем интересе к сочному кровавому месиву категории 18+, но и о том, как мы безгранично обожаем обсуждать Ашан и все, что с ним связано. Какое бы еще событие на этой неделе ни случилось, рестлинг на ашановской кассе затмит всё. Приедет Грудинин или нет - никому не интересно. Грудинин чужой, а Ашан свой. Грудинину жить в наших умах еще пять дней, а Ашану - вечность.

Мы любим не Аквамолл, а именно Ашан. Часть вместо целого. Как запавшую в душу песню на музыкальном альбоме. Как родинку на шее любимой. На засвияжских маршрутках выгравирован именно логотип Ашана, и любой водила тысячу раз отвечал на вопрос "До Ашана доедем?". Самый популярный вход в Аквамолл - рядом с Ашаном. Новая аквамолльская набережная бередит наши души только летом, а Ашан - целый год. Даже соседние цирки и дельфинарии не радуют нас так сильно. Крепостные дельфины отработают свою барщину, цирк уедет, а Ашан останется.

Ашан - это воплощение наших провинциальных мечт. Доработанная версия Центрального рынка. Апгрейд социалистической мечты Фролыча. Мы неслучайно держим клятву верности Ашану, а не другим аквамолльским арендаторам. Он всенародный, а другие - нет. Это не "Спортмастер", косо смотрящий на ленивых толстяков и крепышей Бухенвальда. Это не "Zara", эгоистично забравшая огромную площадь ради трех надменных покупателей. Это не "Ecco", в котором за один ботинок нужно отдать первую половину зарплаты, а за второй - вторую. Ашан не такой, он народный. Он как Хабенский. Только если Хабенский в одиночку вытягивает скучные фильмы, то Ашан спасает скучные торговые центры.

Нас не просто так волнует махач на кассе Ашана, ведь эта касса для нас родная, как своя кухня. А кассирши Ашана - это вообще особая каста. Они ощущают себя элитой. Ашановская кассирша уверена, что она self-made-woman, поднявшаяся над коллегами-неудачинцами, удел которых - проспиртованное "Красное и Белое", продсклад "Победа" и блошиный рынок на Дамбе. Кассирша из Ашана могла бы поднимать "Утес" и завод Володарского, но она считает себя птицей более высокого полета. Красной птицей счастья с ашановского пакета. Кассирша ежедневно выходит из маршрутки рядом со свияжским мостом и идет на работу с гордо поднятой головой, походкой от бедра. Ашан для нее - как "Москва-Сити" для столичных ударников офисного труда.

Народная любовь к Ашану - чистая и настоящая, не купленная за деньги и репосты. Это тот случай, когда якорный арендатор бросает якорь не только в торговом центре, но и в наших сердцах.