Минфин всё меньше может рассчитывать на Фонд национального благосостояния как на запас, с которым Россия переживёт несколько тяжёлых бюджетных лет. К 1 октября в нём оставалось 3,8 трлн рублей быстро доступных средств, или $45 млрд. В начале 2022 года было 8,43 трлн рублей. Резерв в рублёвой оценке сократился на 55%. Общая стоимость фонда — 12,985 трлн рублей, почти $154 млрд — выглядит внушительно. Однако оплатить непредвиденные расходы без продажи долгосрочных вложений позволяет только 29% этой суммы.

За сентябрь ФНБ подешевел на 210,3 млрд рублей. В месячном результате смешаны движение денег и переоценка, поэтому считать всю потерю расходом бюджета нельзя. Расходование виднее в количестве активов: с начала года остаток юаней уменьшился примерно на 12%, золота — на 18%. Теперь на счетах Банка России числятся 184,4 млрд юаней и 131,7 тонны золота. Положительная переоценка добавила ликвидной части 340 млрд рублей за 9 месяцев, но даже эта прибавка не удержала её на январском уровне. Изменение цен прикрыло часть сокращения запаса.

Остальные деньги во многом уже заняты внутри российской экономики. Только пакет акций Сбербанка оценён в 3,09 трлн рублей, депозиты в государственной корпорации развития ВЭБ.РФ составляют 1,33 трлн. За такими строками отчёта стоят права на будущие выплаты. Срочно вернуть капитал можно продажей вложений или досрочным погашением обязательств. В тяжёлый год покупателям тоже понадобятся деньги, а получателям государственного финансирования придётся искать средства на возврат. Попытка извлечь всю эту сумму сразу перенесёт бюджетную нехватку в банки и предприятия, которые фонд финансировал. Государство уже поручило одним сбережениям 2 работы: развивать экономику и страховать её от беды.

Санкции дополнительно сузили свободу распоряжения резервом. В феврале 2022 года США запретили своим лицам операции с ФНБ, Минфином и Банком России. Ликвидная часть фонда сосредоточена в юанях и золоте. Внутренний перевод этих активов в рубли работает: за первый квартал 2026 года бюджет получил от их продажи около 459 млрд рублей. Международные ограничения осложняют внешние расчёты, но федеральные расходы уже покрываются за счёт сокращения того самого остатка в $45 млрд.

Масштаб расходных обязательств гораздо крупнее. В осенних бюджетных материалах правительство прогнозирует дефицит 2026 года в 7,345 трлн рублей. Ликвидного ФНБ хватило бы на 6,2 месяца такого дефицита, если оплачивать его целиком из фонда, равномерно, без новых поступлений и изменения стоимости активов. На практике Минфин также занимает деньги, а нефтяные поступления способны пополнять фонд, поэтому 6,2 месяца не означают срок до его обнуления. Расчёт устанавливает другое: собственных свободных накоплений уже недостаточно даже на год покрытия такой нехватки.

Доходы от размещения средств слабо помогают восстановить свободный остаток. Доход от валютных счетов за период с 15 декабря по 30 сентября составил 6,65 млрд рублей. Другие вложения принесли за 9 месяцев 615,6 млрд — существенную помощь бюджету, куда и поступили эти деньги. Проценты и дивиденды оплачивают текущие нужды, тогда как основная сумма остаётся в проектах. Министр финансов Антон Силуанов в сентябре ожидал пополнения ФНБ на 600 млрд — 1 трлн рублей к концу года. Такой результат зависит от нефтяной конъюнктуры. При ухудшении цен на нефть пополнение сократится одновременно с доходами бюджета.

В проекте бюджета на 2027–2029 годы правительство предлагает покрывать дефицит заимствованиями, сохраняя ФНБ. Цена такой бережливости уже видна в условиях займа: 7 октября Минфин разместил облигации с погашением в 2033 году под доходность 16,63% годовых. Платежи по этому выпуску лягут на будущие бюджеты. Чем меньше остаётся свободных накоплений, тем теснее бюджет привязан к кредиторам. При следующем длительном падении доходов правительству будет труднее поддерживать расходы без новых займов, а обслуживание уже набранного долга потребует своей доли налоговых поступлений.

𝐄𝐊𝐎𝐍𝐎𝐌𝐈𝐒𝐓𝐈𝐊𝐀