Еще в 2020 году курьеры Delivery Club протестовали против низких зарплат и переработок. Спустя два года ситуация с нарушением прав сотрудников привычных нам сервисов доставки лучше не стала — и в конце 2022-го почти четыре тысячи курьеров «Яндекс.Еды» в 15 городах России отказались выходить на работу. Организовать протест удалось даже без лидера профсоюза — Кирилл Украинцев весной 2022 года был арестован за нарушение правил организации митингов и находился в СИЗО.

Несмотря на то, что ни курьерам, ни сотрудникам Wildberries (они начали протесты из-за введения в компании массовых штрафов весной 2023-го) пока не удалось добиться выполнения всех своих требований, благодаря им в российские медиа вернулось забытое слово «забастовка».

Действительно, забастовки как метод борьбы работников за свои права почти исчезли из российской жизни уже в первые сроки правления Путина. Несмотря на гарантированное Конституцией и Трудовым кодексом право добиваться своих требований, даже в кризисный 2008 год россияне бастовали всего четыре раза. И это не потому, что все их требования беспрекословно выполняются — просто Путин еще в 2000 году пообещал сажать за дестабилизацию обстановки в стране тех, кто выйдет на забастовку (эти слова были адресованы шахтерам), а в Трудовом кодексе появилась статья, которая позволяла судам запрещать протесты — например, врачей и медсестер. Кроме того, работодатели в России имеют право не платить зарплату тем сотрудникам, которые принимают участие в забастовке.

Политический обозреватель Георгий Ванунц в новом письме Kit сравнивает забастовочные движения в России и за рубежом — и рассказывает, способна ли стачка как метод борьбы за свои права помочь поднять зарплаты и снизить глобальное неравенство. Это письмо вы можете прочитать по ссылке (поделитесь ей с друзьями). А в карточках мы рассказываем, как человечество пришло к пониманию, что не работать некоторое время — это действенный способ сделать так, чтобы потом можно было работать в лучших условиях.