Когда политзаключенный журналист Иван Сафронов находился в СИЗО, следователь предложил ему позвонить и поздравить маму с днем рождения в обмен на сделку со следствием. Это пример того, как в тюрьмах звонки — не только привилегия, но и инструмент давления на обвиняемых и заключенных.

Новое письмо Kit рассказывает о том, как устроена связь в колониях и СИЗО. Этот текст написала журналистка Ксения Миронова. Подпишитесь на Kit — мы сразу же пришлем вам его.

К слову, письма — в том числе электронные — можно отправлять и заключенным. Но процесс устроен не так удобно, как в случае с привычными нам почтовыми сервисами. Написать людям в СИЗО или колонии можно через «Почту России», онлайн-сервис «ФСИН-письмо» и проект «Росузник». Последний помогает связываться с политзеками.

Все письма подвергаются цензуре. Цензор может зачеркнуть, замазать или вырезать нежелательную информацию. А то и удержать письмо или даже сжечь его. Заранее угадать, что именно подвергнут цензуре, сложно.

Ситуация со звонками не лучше. МТС, Билайн и Мегафон не оказывают услуги в СИЗО и колониях — вместо них работают специальные операторы связи. Звонки прослушиваются и записываются. Так, близкие заключенных рассказали Kit, что когда они упоминали войну в Украине или оппозиционных политиков по телефону, разговор прерывался.

Вместе с этим в начале 2024 года внезапным решением замдиректора ФСИН во всех исправительных учреждениях запретили видеозвонки. При этом связь для заключенных очень важна — это возможность узнавать о происходящем за пределами тюрьмы. Проявить внимание, выразить слова поддержки, рассказать что-то новое — это то, что мы можем сделать с помощью писем, звонков и телеграмм.

><{{{.______)

Kit — почтовая рассылка с большими текстами от создателей «Медузы». Мы работаем со сложными темами и стараемся смотреть вглубь. Письма выходят по вторникам и пятницам.

Чем опасны неофициальные способы связи? Читайте в новом письме Kit. Если вы еще не получаете наши тексты, подпишитесь по ссылке.