Не могу не согласиться. От себя добавлю, что протестная кампания была не просто популярной (ее поддержали практически все системные силы и даже РПЦ), но и отчасти добилась своих требований: из-за беспрецедентного падения рейтингов Путина и ЕР часть мер пришлось откатить. Тем более поразительно, что в наше время об этом историческом событии не вспоминают — а следовало бы.
На этом канале я постоянно напоминаю, что социальная политика (social policy) — всегда про политику (politics). Например, вот фрагмент из моего старого поста о социальной политике в России начала 2000-х:
С приходом к власти Путина ситуация несколько изменилась: открылось окно возможностей для реализации либеральных реформ. В начале 00-х новый популярный президент обеспечил политический патронаж реформистскому правительству, госаппарат становился все более дееспособным, а у государства начали появляться по-настоящему большие деньги. Среди множества запланированных преобразований в планах команды реформаторов числились реформы пенсионной системы, высшего и среднего образования, социальных льгот. Каждая из этих реформ не была полноценно реализована из-за сопротивления бюрократии, заинтересованных групп-сторонников статуса-кво и недостаточной поддержки первого лица. Монетизация льгот (вспоминаем, что советская система делала ставку на неденежные блага) и вовсе привела к первой по-настоящему масштабной волне массовых протестов и резкому падению рейтингов Путина, особенно среди ядерного электората — пожилых людей. Для автократа это окажется важным уроком о том, как следует проводить социальную политику так, чтобы и поддержку важных для себя групп населения обеспечивать, и бюджет не надорвать.
Надеюсь, Григорий и Василий обсудят эту историю подробнее на ивенте в это воскресенье — приходите, кстати!