Муж разрушил мою карьеру.

Прихожу на заправку за своим заказом — кошельком для милостыни, между прочим.

Мужик на кассе интересуется, откуда я. В этот момент колонки взрываются песней Тату и мой ответ почти тонет в «All the things she said».

— Работаешь?
— Нет.
— Работу надо? Ты кто?
— Продакт-менеджер.
— Чего? Мне кассир нужен. С 6 до 14 или с 14 до 22.

Он пишет номер телефона на кассовом чеке и протягивает мне.

Пока я беру чек, перед глазами проносятся все те шёлковые платки Hermès, которые я теперь смогу купить. Которые я теперь смогу носить. На заправке.

Дома расписываю свои карьерные возможности мужу. Муж возможности оценил, но не очень.

Не доверяет он, видите ли, таким собеседованиям. Он, видите ли, сам позвонит и прояснит, что дамочка хоть и не лёгкого характера поведения, но крыша у неё есть.

На звонок предполагаемый босс не ответил и прояснять пришлось в смс. Сообщение он тоже почему-то проигнорировал.

Платки Hermès пронеслись и опустились на чужие плечи. С такой заботой я так и останусь безработной.