Выступает свидетель обвинения Красильников (экс-сотрудник ФФФХИ и МГУ и помощник одиозной экс-замдеканши факультета Людмилы Григорьевой, репрессировавшей студентов). Он утверждает, что родился в Донецке. Не может вспомнить своего адреса в Москве и гуглит в телефоне: Можайское шоссе 4 к1 кв. 154/654

Он читал телеграм-канал со времен кампании против фан-зоны 2018:

«Могу его охарактеризовать как антироссийского фашиста... Он посещает всевозможные митинги несанкционированные, является активистом так называемой инициативной группы МГУ, неоднократно выступал против митинга в честь дня победы, против митинга в честь присоединения Крыма. Распространяет свою ложь на довольно большой круг людей. Сравнивал нашу страну с фашистской Германией, говорил о российских войсках с новой Z свастикой, о совершениях якобы военных преступлений. Подобные заявления недопустимы...».

Красильников утверждает, что общался с Ивановым лично:
«На одном из митингов. Я мимо проходил». Судья сняла вопрос о том, при каких обстоятельствах свидетель общался в интернете с Ивановым.

Эйсмонт просит пояснить, при каких обстоятельствах свидетель решил дать показания:

«Я шел из метро, вышел из метро. Я увидел здание с автозаками, решил дать показания... Я пришел и дал показания».

Ответов на вопросы о том, почему и как он решил дать показания, Красильников избегает. Судья снимает вопрос.
Иванов спрашивает, при каких обстоятельствах и о чем Красильников говорил с ним. Свидетель уходит от ответа.
Судья раздраженно прерывает вопросы Иванова.

«Не факт, что свидетель скажет то, что вы хотите».

Судья снимает вопрос Иванова об определении фашизма. Также снимает вопрос об участии Иванова в акции против присоединения Крыма. Иванов отмечает, что Красильникова не прерывали, когда он зачитывал показания об этом.

Иванов спрашивает, не стыдно ли было Красильникову занимать место студента в общежитии ГЗ. Он говорит, что больше не будет задавать вопросы, так как их тоже снимут.

Эйсмонт пытается снова задать вопросы о том, как Красильников прошел в здание, где дал показания, отмечая, что невозможно пройти в здание к следователю, если встреча заранее не назначена. Вопросы снимаются.

Обвинение ходатайствует об оглашении ранее данных им показаний. Эйсмонт отмечает, что это нарушение УПК.
Иванов отмечает, что в этом нет смысла, так как свидетель уже все зачитал с телефона.

«Не с телефона, а с бумажки»,— уточняет Мария Эйсмонт.