Кадры решают.

«Бонни и Клайд»
#100великихфильмов

Это очередной фильм из нашего марафона 100 этапных фильмов мирового кинематографа, где мы раз в неделю вразброс обсуждаем один из фильмов из этого списка.

«Бонни и Клайд» — первый во многом: первый фильм Нового Голливуда, первый американский фильм с таким количеством реалистичного насилия, первый фильм с главными героями, которые нарушали закон и убивали людей, но вызывали сочувствие, наконец, первый фильм, наполненный эротизмом и незавуалированно поднимающий тему секса.

Мне было больно его смотреть, настолько эти герои живые, настоящие, жалкие, инфантильные, бунтующие, сдающиеся (не властям, но друг другу и жизни).

Похоже, главная заслуга тут у Роберта Тауна, американского сценариста, который в первую очередь известен сценарием к «Китайскому кварталу» Полански. Один из продюсеров так говорил про Тауна:

Он был мастером диалога, всё, что он писал или переписывал заново, оставлял ощущение присутствия героев. Каким-то образом он умел вдохнуть в происходящее жизнь. Чувства переполняли вас, и чтение лишь страницы давало ... ощущение того, что нечто неожиданное, но подлинное, истинно присущее жизни человеческой действительно произошло здесь и сейчас

Помимо написания собственных сценариев, Таун занимался скрипт-докторингом — переписыванием и доработкой чужих сценариев, и «Бонни и Клайд» были первым его фильмом в этом списке. «Крестный отец», которого мы будем обсуждать на следующей неделе, кстати, тоже дорабатывался Тауном.

Таун делал героев реалистичными и характерными, добавляя в их поведение какие-то мелочи на уровне жестов, мимики, незначительных действий.

Еще пацаном я подметил в кино четыре особенности: герои в любое время дня и ночи могли найти свободное место на автостоянке; в ресторане они никогда не брали сдачу; муж и жена никогда не ложились спать в одну постель; женщины перед сном не смывали косметику, а утром выглядели безукоризненно. Для себя я решил, что так делать не буду. В «Бонни и Клайде» героиня пересчитывает мелочевку сдачи, а Мосса так зажали на стоянке, что он еле выбрался, унося ноги.

1/2

Анонс живого обсуждения фильма «Головокружение» (Петербург)

В эту субботу в рамках цикла «Цвет в кино» обсуждаем культовый фильм Альфреда Хичкока «Головокружение» (1958). Это один из самых известных фильмов Хичкока, в котором при этом значимую роль играет цвет.

Я всем сердцем за цветные фильмы. Цвет даст мне возможность изобразить то, что я хочу изобразить больше всего — отсутствие цвета. Я знаю, это звучит парадоксально, но подумайте об этом. Как я могу показать серость трущобной улицы по сравнению с великолепием прекрасного пейзажа, когда я должен снимать и то, и другое в серых тонах?

Цвет также дает режиссеру гораздо больше возможностей донести мысль — представьте себе красные капли крови, капающие на букет белых маргариток — именно это гораздо сильнее подчеркнет ужас убийства, чем любая сцена с пистолетом или ножом в монохромном исполнении.

Даже обычные сцены приобретают большую силу. Например, заключенный, сидящий в своей серой камере, и луч золотого солнечного света, пробивающийся сквозь мрак; представьте это на мгновение. В цвете этот луч солнечного света был бы действительно насыщенным золотым, а не просто более светлым тоном серого.

Как хорошо мы могли бы показать дождь. Не просто потоки студийного дождя, льющиеся из труб, а лужи, блестящие тротуары с отражением бледно-голубого неба и редким блеском мокрого макинтоша.

Но хотя я полностью за цвет, он должен помогать сценарию, а не подавлять его. В конце концов, история по-прежнему остается самым важным.

Хичкок про цвет

На встрече поговорим о технологиях передачи цвета, с помощью которых сделан фильм, о его драматургии, символизме и идеях, и обсудим свои впечатления. Встречаемся 9 ноября в 16:00 в Вавилов Лофт (Кадетская линия, д.5, корп.2Д, пом. 3226). Инструкция, как добраться

Купить абонемент на встречу можно тут (промокод для всех наших подписчиков: первыйряд)

#анонс

В подборке кадры фильмов Хичкока:
1, 2, 4, 5, 8. Головокружение
3, 7, 9. Птицы
6. Окно во двор
10. В случае убийства набирайте «М»