Fuck Catharsis! Или 10 часов, которые изменили меня

В дни приезда Папы во Францию посмотрел, пожалуй, самый страшный спектакль в театре Odéon, который может отпугнуть веру в человечество. 10-часовая La Trilogia Cadela Força («Трилогия сук») бразильской художницы и режиссера Каролины Бьянки переворачивает с ног на голову «божественную комедию» Данте и отправляет нас в опасное путешествие в сумрачном лесу, каким, по ее замыслу, и должен быть настоящий театр, куда приходят вовсе не за весельем. После такого трипа выходишь потрясенным, опустошенным, безумным, но не отчаянным и уставшим.

В самом начале мы оказываемся у ворот ада, где автор выпивает Boa Noite Cinderela («Спокойной ночи, золушка») – седативный коктейль, который насильники используют, чтобы усыплять своих жертв. Дальше на протяжении трех частей мы впадаем в элизиум, на границе снов и реальности. Тема спектакля – неразрывные связи насилия и искусства в истории и современности: от Боккаччо и Боттичелли до Яна Фабра и Марины Абрамович. Выходит арт-хрестоматия на сцене, переданная через тему насилия – как внутри сюжета, так и снаружи. Современный театр, который не мертв, литература, перформансы, живопись… В этом круговороте смешались все – люди, псы, ослы и куропатки. Кстати, Чехов там есть со своим ружьем, которое стреляет прямо на этот раз в упор, и в публику тоже. Одновременно выступая против всех догм, от патриархата до феминизма, Каролина Бьянки пытается нащупать точку опоры в травмированной вселенной, где все, казалось бы, вымерло окончательно. Но только не театр, в отличие от предсказаний Арто.

Вообще это спектакль про веру и постоянные сомнения в ней. Веру в человека, в театр, в условного режиссера, в отцов-основателей и в самого себя. Папа тут как раз кстати оказался. В первой части автор доносит судьбу изнасилованных женщин через свой не менее травматичный опыт, который забыть даже во сне не получается. Вот итальянская художница Пиппа Бака отправилась с миротворческой акцией «Невесты в пути» из Италии, через Балканы и Турцию, в Израиль. Она решила в белом свадебном платье проехать места, затронутые войной, автостопом. Бака верила в доброжелательность своих случайных попутчиков до конца, но в итоге ее нашли мертвой и изнасилованной в пригороде Стамбула. Позже некоторые критики и просто итальянцы назвали жертву слишком наивной и глупой. Или бразильский вратарь расчленил тело любовницы после того, как та начала требовать выплат алиментов, и скормил его своим доберманам. После у голкипера появилась армия фанаток, которые мечтали выйти за него замуж, а он после досрочного освобождения заключил контракт с новым клубом. Конечно, прозвучит и имя Жизель Пелико, которую насиловал собственный муж, приглашая других мужчин стать соучастниками. Как после такого верить в любовь? Здесь про фемицид как эпидемию и диагноз общества.

Во второй части под названием Brotherhood Каролина осуществляет кастрацию системы мужского доминирования в театре. Она рушит храм великих мастеров — от Брука до Кастеллуччи, – на котором сама же выросла. Бьянки комически изображает братство, которое напыщенно защищает свой избранный круг. Одна из самых смешных и печальных сцен – интервью с режиссером, который пытается всячески замолчать практики мира тотального Эпштейна. Каролина в очередной раз проходится по кейсам Яна Фабра и Романа Полански. Это система мужских союзов и ритуалов, в которой мужчины подтверждают принадлежность к группе через отношение к женщинам, а иногда и покрывают преступления. Символичным тут становится обряд bukkake, когда несколько мужчин из интеллектуального круга эякулируют на тело усыпленной женщины и делают из него полотно в стиле Поллока.