ЧТО ТАКОЕ СОВРЕМЕННЫЙ РУССКИЙ ЯЗЫК?

Ясно, что современный русский язык — это язык, которым пользуются в настоящее время.

Но период какой протяженности включает в себя «настоящее время»? Один год? Десятилетие? Столетие? Видимо, все сойдутся в том, что современный русский язык — это язык целой эпохи. Но каковы ее хронологические рамки?

«Современность» можно понимать по-разному, в зависимости от избранных критериев. В этническом отношении русский язык начиная с XV в. — это один и тот же язык, но вряд ли кто-либо из лингвистов и носителей языка согласится с тем, что русский язык XVI—XVII вв., например язык писем Ивана Грозного (сер. XVI в.) или Жития протопопа Аввакума (2-я половина XVII в.), — это современный русский язык.

В историко-культурном плане важной хронологической вехой является граница между эпохами Средневековья и Нового времени, т. е. конец XVII — начало XVIII в. Переход от культуры Средневековья к культуре Нового времени в русской истории совпадает с петровскими реформами. Соответственно современный русский язык можно начинать с петровских реформ, т. е. с конца XVII в. . Не случайно историки русской литературы считают XVII в. последним веком древнерусской литературы.

К этому времени уже в общих чертах сложились современные фонетическая и грамматическая системы столичного московского говора, который превратился в койне (общий для населения какой-либо территории язык/диалект, возникший на базе одного говора или в результате смешения нескольких говоров), стал выступать в качестве престижной формы русского языка и позднее лег в основу современного литературного языка.

В фонетическом отношении московское койне характеризовалось:
в области гласных последовательным отражением перехода [е] в [о] перед твердыми согласными («сёла» из более раннего «с[е]ла»), аканьем («в[а]да»), еканьем, но не яканьем («[в’е]сна», но не «[в’а]сна»);
в области согласных — наличием губно-зубных звуков [в, в’] и [ф, ф’] (ср. по диалектам губной-губной [ў] — «ла[ў]ка»), долгих мягких шипящих [ш’:] и [ж’:], а также взрывными [г] и [г’] (ср. в южном наречии щелевое [ɣ] — «[ɣ]ород»).

Позднейшие изменения касались уже частностей, а некоторые не завершились и до сих пор (например, замена еканья иканьем).

Тем не менее язык петровских «Ведомостей» и язык произведений русских писателей XVIII в. — А. Д. Кантемира, В. К. Тредиаковского, М. В. Ломоносова — в настоящее время интуитивно не воспринимается носителями языка как современный: в целом он понимается с трудом (особенно в некоторых жанрах), хотя обычно в переводе и не нуждается. Русский язык XVIII в. — это язык переходного периода.

Большинство исследователей русского языка считает (и это не противоречит ожиданиям носителей языка), что хронологически современный русский язык охватывает период «от Пушкина до наших дней», т. е. начинается с 1-й трети XIX в. Таким образом, начало современного русского языка связывается с творчеством Пушкина. Почему? Видимо, потому, что именно в это время, с точки зрения говорящих и читающих по-русски (как живших в пушкинскую эпоху, так и их потомков), решительно преодолевается резкое различие между письменным и разговорным языком.

Однако с пушкинских времен русский язык довольно сильно изменился, поэтому лингвисты пытаются найти более адекватную хронологическую границу, с которой можно начать отсчет современного русского языка.

Так, В. В. Виноградов (1895—1969) такой границей считал конец XIX — начало XX в., а М. В. Панов (1920— 2001) — 2-ю четверть ХХ в. Характерно, что оба ученых, несмотря на разные аргументы, приводимые в пользу своей точки зрения, относили начало современного русского языка ко времени формирования их собственной языковой компетенции.

В целом тенденция ясна: нижняя граница современного русского языка постепенно сдвигается по мере изменения языка. При этом необходимо сделать важное уточнение: когда мы говорим о современном русском языке как о языке XIX — XX вв., что имеет под собой серьезные основания, речь идет прежде всего о русском литературном языке, но не о национальном языке в целом.

М. Б. Попов