Бреннан
Сегодня тот самый день, когда мне предстоит заслужить гордость родителей. День, когда я стану всадником, как моя мать, а до неё — её родители. Ну или же я могу погибнуть и стать величайшим позором рода Сорренгейлов.
Блин, вот уж надеюсь, что пронесёт. Смерть будет как-то предпочтительнее, чем возникшее у мамы наитие поменять мою фамилию на надгробии из-за того, что я не оправдал той славы, что за ней стоит. Её род настолько легендарен среди всадников, что папа даже взял её фамилию, когда они поженились, хотя его собственная имела равнозначный вес среди писцов.
— Точно не хочешь к нам присоединиться? — спрашивает Флинн Эннис, пока первокурсники разбегаются по Долине, где проходит Молотьба. Мускулистый брюнет сжимает рукоять своего короткого меча так, словно оружие способно защитить его от дракона. В отличие от Энниса, я вырос при находящейся поблизости Аймсир, драконице мамы, так что я-то в курсе — если дракон захочет тебя прикончить, считай, ты уже труп.
Им любое оружие размером меньше баллисты до одного места. При виде поднятого меча они только сильнее взбесятся.
— Точно. — Я киваю ему и слегка улыбаюсь в попытке немного унять страх, читающийся в его глазах. Мы провели вместе ночь пару недель назад, но я не могу позволить чувствам к нему отвлечь меня от многих лет подготовки к этому моменту, особенно когда он совершает такую глупость. — Увидимся на лётном поле, Эннис.
— Увидимся на лётном поле, Сорренгейл, — отвечает он, и уголки его губ едва заметно дрожат. Он поворачивается к группе моих товарищей по отряду, и они вместе направляются в полный исполинских деревьев лес. Боги, какие же они глупцы.
Я смотрю им вслед, и сердце сжимается от боли. Скорее всего, я вижу некоторых из них — если не всех — в последний раз.