#PolitRead@AnthroPolit X Совет молодых политологов РАПН X Альпина нон-фикшн
Обращение к темам отечественной истории со стороны зарубежных авторов — это всегда интеллектуальный вызов. С одной стороны, внешний взгляд и работа с источниками могут дать новые углы зрения, которые до того были не очень хорошо разработаны. С другой стороны, всегда существует риск непонимания отдельных аспектов изучаемой проблемы и итоговой подмены понятий. Что же получилось в этой работе американского историка?
Здесь стоит начать с источниковой базы исследования. Мы не увидим ни архивов (тем более российских), ни ссылок на советских и российских историков. Зато увидим, например, «Вторую Мировую войну» Черчилля или мемуары Хрущева. И это конечно сказывается на уровне владения банальной фактурой, которая часто оказывается просто искаженный. Откуда летом 1941 года в Красной Армии взялись «расстрельные команды» и заградотряды, даже до приказа «Ни шагу назад» — лишь один из многих моментов, заставивших в ходе чтения поднять бровь. Отметим, что свое повествование автор начинает именно с Генуэзской конференции и Рапалльского соглашения, которое он видит отправной точкой к началу Второй Мировой войны. А каждые несколько страниц сопровождаются ритуальной негативной оценкой Сталина (в формате «What about…») и утверждением, что в СССР была «параноидальная диктатура» (цитата автора), а в странах запада идеальная демократия. Тем не менее, автор позволяет себе сказать, что именно остановка немецкого наступления на территории СССР стала началом конца нацистского режима. Однако тональность этого утверждения повторяет порочный тезис «Не благодаря, а вопреки», довольно неплохо известный обитателям русскоязычной интеллектуальной среды.
Книгу ни в коем случае нельзя рассматривать как источник исторического знания об операции «Барбаросса». Это довольно субъективная интерпретация на основании конкретного ряда вторичных источников. Поэтому основная ценность работы может состоять в ознакомлении с позицией, согласно которой ведущую роль СССР в победе над нацизмом еще надо доказать и ни в коем случае не обидеть западных союзников. В этой конструкции автору гораздо важнее дать свою частную позицию, а исторический материал нередко уходит на второй план. С пониманием этих факторов к книге можно обратиться как к примеру точки зрения, которая будет неблизка тем, кто разбирается в истории и является российским гражданином. Другая аудитория может увидеть в работе нечто другое.
Политический антрополог | @AnthroPolit