Ещё в начале сентября в статье "Беларусь: от донорства стабильности и безопасности к «эскалации для деэскалации»" мы
объяснили, почему стратегия принуждения своих внешних оппонентов (Запада) к нормализации отношений с помощью эскалационного доминирования, или «эскалации для деэскалации», не сработает. Мы также описали два сценария динамики региональной системы безопасности с учётом особенностей политической и стратегической культуры белорусского руководства:
1) пессимистический (реализацию которого можно наблюдать сейчас) и
2) оптимистический, который все ещё может быть воплощен в жизнь при определенных условиях.

Если кратко, то у Беларуси не та весовая категория, ограниченные ресурсные возможности, слабая начальная переговорная позиция и неспособность сохранять эскалационный контроль.

Все это гарантирует, что даже в случае эскалации кризиса до некого пограничного / вооруженного инцидента на белорусско-европейской (натовской) границе, Запад не только не сядет за стол переговоров, но и сам перейдёт в режим эскалационного доминирования / ужесточения давления.

Даже Кремль к 2020 году пришел к выводу об исчерпании ресурса геополитического авантюризма и стратегии эскалационного доминирования в своей внешней политике, несмотря на имеющиеся ресурсы и вес.

Реализация "эскалации для деэскалации" направлена на демонстрацию силы и создания различных вызовов и угроз или их видимости в сфере безопасности, которые в конечном итоге должны вынудить западных оппонентов сесть за стол переговоров с Минском и пойти на уступки из-за страха раскручивания спирали эскалации и трансформации кризиса в глобальный конфликт в центре геополитического разлома между Западом и Востоком.

Минск во многом подражает и воспроизводит модель поведения Кремля на международной арене в отношениях с Западом в период между 2014 и 2020 годами, начиная от эскалации напряженности с помощью военных учений и заканчивая миграционным кризисом на границе с соседними государствами-членами ЕС и НАТО, а также Украиной.

С одной стороны, отсутствие значительного экономического и военно-политического ресурса, малый вес и влияние Беларуси в системе международных отношений, а также непропорционально высокий и экономический и военно-политический потенциал ЕС и НАТО, с другой стороны, приводит к ситуации, когда реализация беларускими властями стратегии эскалационного доминирования приводит к абсолютно противоположному эффекту.

Существенная разность потенциалов между конфликтующими сторонами позволяет ЕС и НАТО спокойно, солидарно и жёстко реагировать на те проблемы, вызовы и угрозы, видимость которых создает Минск с помощью эскалационных шагов и официальной риторики как на внутриполитической арене, так и по периметру границ Беларуси. Таким образом, как и в случае с опытом России, реализация стратегии эскалационного доминирования беларуской стороной приводит к еще большему ухудшению положения Беларуси на международной арене и переговорной позиции правящего класса, росту издержек при раскручивающейся спирали эскалации, ведущей стороной которой становится в конечном итоге его оппонент в лице Запада. На практике это означает, что повышение градуса эскалации со стороны Минска будет приводить к еще более существенным эскалационным шагам со стороны западных стран, включая расширение санкционных ограничений до «драконовских санкций» и заканчивая реализацией сценария геополитической сделки между Западом и Россией по Беларуси, предполагающей российское вмешательство во внутренние дела Беларуси на приемлемых для западных стран условиях – то есть ликвидации источника вызовов и угроз.

Пессимистический сценарий предполагает потерю контроля над эскалацией со стороны Минска как результат радикального ужесточения санкций против Беларуси со стороны Запада. Из-за общей логики и контекста развития ситуации и необходимости сохранить лицо беларуская сторона идет на эскалацию приграничного военного конфликта для принуждения Запада (в лице США) к переговорам на приемлемых условиях, а Кремля – к безусловной финансово-экономической и политической поддержке беларуского правящего класса.