Post #263
70



Мемориальный апокалипсис от рук ИИ или новое начало?
Тема ИИ стала настолько повсеместной, что любое её обсуждение звучит больше как теория заговора, что ж, тут мы постараемся оставаться в околонаучном регистре и до этогоне доходить. Сегодня поговорим о том, как страшный и ужасный ИИ влияет на мемориальные процессы.
Чтобы как-то начать разговор об ИИ, обратимся к недавней работе Эндрю Хоскинса «AI and memory», вышедшей в 2024 в журнале «Memory, Mind & Media».
➡️Кратко суть:
В мире появился новый игрок – генеративный ИИ, который кардинально перестраивает роли в мемориальных процессах. Человек не успевает контролировать развитие ИИ, ему доступны наши цифровые следы, информация о нашем прошлом, а нередко мы сами просим что-то «запомнить» о нас. Важно, что это развитие ИИ влияет на память как на индивидуальном, так и на коллективном уровне. В этих реалиях Хоскинс предлагает свою концепцию «третьего пути памяти» – наша новая реальность взаимодействия человека и машины, в которой традиционная человеческая память тесно переплетается с возможностями генеративного искусственного интеллекта и угрозами от него.
⏳С одной стороны, работа Хоскинса довольно тревожная – описывается страх (и реальная перспектива) потерять своё прошлое в мире синтетических данных, отдать контроль над прошлым человека другому актанту – машине, использовать это сконструированное/частично сконструированное прошлое в политических и экономических целях. С другой стороны – Хоскинс предлагает будто бы смириться с этой реальностью, обозначить её «третьим путём», где реальность больше не конструируется одним только человеком. Смириться, дать ей имя и работать, признавая все её особенности
🔗Эмпирическая база и её нюансы:
Хоскинс приводит, с одной стороны, хорошую базу примеров: политика конфиденциальности Google, ChatGPT от OpenAI, Gemini от Google (ранее Bard), Midjourney (генератор изображений), Personal.AI, кейс Йошико Кадзимото и т.д.
Однако, читая статью я наткнулась на пару тезисов, которые можно применить далеко не ко всем видам ИИ. Видите ли, Хоскинс обращается только к моделям чат-ботов. Это те модели, которые призваны генерировать свои реплики, согласуясь с тем, что мы им написали. А есть и другие модели ИИ, например Perplexity – чат-бот ещё и поверх поискового индекса (RAG – Retrieval-Augmented Generation). Очень угрубляя это значит, что все модельки обладают разной способностью по взаимодействию с внешним миром, а также по-разному взаимодействуют с нашим текстом (промтом-задачей), потому что просто сконструированы по-разному. И Хоскинс обращается только к одному (пусть и доминирующему) виду моделей, что при прочтении учитывать определённо стоит
🔼Более детальную информацию - смотрите в карточках :)
Тема ИИ стала настолько повсеместной, что любое её обсуждение звучит больше как теория заговора, что ж, тут мы постараемся оставаться в околонаучном регистре и до этогоне доходить. Сегодня поговорим о том, как страшный и ужасный ИИ влияет на мемориальные процессы.
Чтобы как-то начать разговор об ИИ, обратимся к недавней работе Эндрю Хоскинса «AI and memory», вышедшей в 2024 в журнале «Memory, Mind & Media».
➡️Кратко суть:
В мире появился новый игрок – генеративный ИИ, который кардинально перестраивает роли в мемориальных процессах. Человек не успевает контролировать развитие ИИ, ему доступны наши цифровые следы, информация о нашем прошлом, а нередко мы сами просим что-то «запомнить» о нас. Важно, что это развитие ИИ влияет на память как на индивидуальном, так и на коллективном уровне. В этих реалиях Хоскинс предлагает свою концепцию «третьего пути памяти» – наша новая реальность взаимодействия человека и машины, в которой традиционная человеческая память тесно переплетается с возможностями генеративного искусственного интеллекта и угрозами от него.
⏳С одной стороны, работа Хоскинса довольно тревожная – описывается страх (и реальная перспектива) потерять своё прошлое в мире синтетических данных, отдать контроль над прошлым человека другому актанту – машине, использовать это сконструированное/частично сконструированное прошлое в политических и экономических целях. С другой стороны – Хоскинс предлагает будто бы смириться с этой реальностью, обозначить её «третьим путём», где реальность больше не конструируется одним только человеком. Смириться, дать ей имя и работать, признавая все её особенности
🔗Эмпирическая база и её нюансы:
Хоскинс приводит, с одной стороны, хорошую базу примеров: политика конфиденциальности Google, ChatGPT от OpenAI, Gemini от Google (ранее Bard), Midjourney (генератор изображений), Personal.AI, кейс Йошико Кадзимото и т.д.
Однако, читая статью я наткнулась на пару тезисов, которые можно применить далеко не ко всем видам ИИ. Видите ли, Хоскинс обращается только к моделям чат-ботов. Это те модели, которые призваны генерировать свои реплики, согласуясь с тем, что мы им написали. А есть и другие модели ИИ, например Perplexity – чат-бот ещё и поверх поискового индекса (RAG – Retrieval-Augmented Generation). Очень угрубляя это значит, что все модельки обладают разной способностью по взаимодействию с внешним миром, а также по-разному взаимодействуют с нашим текстом (промтом-задачей), потому что просто сконструированы по-разному. И Хоскинс обращается только к одному (пусть и доминирующему) виду моделей, что при прочтении учитывать определённо стоит
🔼Более детальную информацию - смотрите в карточках :)
- 🔥 5
- 👍 1














