Вопрос: Десятилетие назад, когда формулировались цели программы мегасайенс, одна из главных состояла в том, чтобы привлечь в Россию ученых из стран-научных лидеров, чтобы не только российские ученые ехали на запад для участия в передовых научных проектах, но и наоборот - иностранные ученые ехали в Россию, работали у нас, привозили с собой передовые идеи, практики, учили здесь аспирантов.

Как вы оцениваете эту идею теперь: удалось ли, удастся ли реализовать эту идею? Или ее главные цели поменялись, и главная задача сейчас - создать суверенную научную инфраструктуру? То есть главное теперь, не "уникальные", а "свои"?

Ответ: Главные цели программы «Мегасайенс» остаются неизменными. Мы не противопоставляем «уникальное» и «своё» – мы исходим из того, что должны быть свои уникальные установки. При этом мы также считаем вполне обоснованным наше участие в создании уникальных установок за рубежом. У нас есть примеры обоих подходов: начиная с Большого адронного коллайдера в ЦЕРН, установка XFEL создавалась при нашем участии, проект ITER также реализуется с нашим участием — и его завершение вряд ли возможно без наших ученых. В равной степени мы приветствуем участие зарубежных коллег в развитии отечественных установок.

Упомяну три установки, которые были введены после санкций – это NICA, СКИФ и ПИК. Все три являются уникальными. По некоторым параметрам они достигли физического предела для установок своего класса. За деталями, конечно, лучше обратиться к профильным специалистам. При создании этих установок ряд ученых и производителей из других стран отказались от сотрудничества с нами. Отмечу, что это было не нашим решением, к тому же отказались далеко не все. В ОИЯИ с установкой NICA работают иностранные исследователи, на ITER сотрудничество продолжается.

Подчеркну: ключевая задача — формирование уникальной научной инфраструктуры. Однако в сложившихся условиях мы вынуждены опираться в первую очередь на собственные силы. И, надо признать, это нам удается.

#от_первого_лица