А когда настоящая смерть, как ветер, за ней придет,
и на большую просушку возьмет — как маленькую игрушку:
глупое тельце её, прохладные длинные уши,
трусливое сердце и голый горячий живот —
тогда — я лягу спать (впервые не с тобой)
и вдруг приснится мне: пустынная дорога,
собачий лай и одинокий вой —
и хитрая большая морда бога,
как сенбернар, склонится надо мной.
Чуня умерла, пишет Воденников.
Post #939
290
ашдщдщпштщаа ЕТ: Слушайте, ну вот Чуне повезло. Она приручила вас как только такса может приручить поэта. Но вообще-то… ДВ: Ну знаете, она не приручала меня как поэта, она приручила меня как существо, от которого она не могла никуда деться. Она приручила меня как мы приручаем…