Узнал про Дмитрия Данилова благодаря «Русской жизни» (великий был журнал), потом стал читать его прозу (книгу «Черный и зеленый», помню, купил в Крыму месяцев за семь до), потом лично с ним познакомился на фестивале в Канске (душевнейший человек), ну и с первых дней наблюдал, как он становится звездой театров (и даже припивал рядом с Большим, когда ему вручали там «Маску» за «Человека из Подольска»!). Очень хорошо к нему, в общем, отношусь — и оттого переживаю из-за того, что по отношению к его стихам не испытываю тех же исключительно позитивных чувств. Просто потому что мне правда понятнее и ближе силлабо, мать её, тоника. Когда я вижу свободный стих, мне хочется думать, скажем, о том, крутой ли у Данилова «кавер» на Леннона или почему в этом сборнике так много текстов про обращения к Господу, словно Дмитрий Алексеевич хочет получить прощение за что-то. А о том, что это — стихи, думать никак не получается. Ясно, что Данилову и его стихам от этого ни жарко, ни холодно (так и должно быть), а все равно неловко.