5 ошибок Ирана


1. Игнорировали подготовку и темп первого удара
Если противник сумел в первые дни ударить по командованию (тем более в такое время и совещание провели и все попали под удар), инфраструктуре, флоту и ракетным объектам, а затем добиться преимущества в воздухе, значит, Иран проиграл важнейшую фазу - фазу предупреждения, маскировки и упреждающего рассеивания сил.
Война это путь обмана, говорил Суньцзы. Противник оказался лучше в разведке, синхронизации и темпе.

2. Централизация и уязвимость верхнего уровня управления
Убийство верховного лидера в первые дни кампании означает не только символический удар, но и проблему архитектуры- слишком многое было завязано на вершину.
КфК считет чрезмерную персонализацию центра тяжести ошибкой. Его поражение дезорганизует всю систему быстрее.

3. Ответный удар - шире, чем выгодно
Иран наносил ответные удары не только по Израилю, но и по объектам в нескольких странах региона. Это может выглядеть как демонстрация силы, но стратегически это расширяет число заинтересованных противников и облегчает консолидацию коалиции против Тегерана.
Нельзя бить так, чтобы противник становился более единым. Иран, похоже, вместо раскола вражеского лагеря помогает его цементировать.

4. Неправильная работа с симпатизирующим окружением
У Ирана традиционно всегда был шанс играть на противоречиях между США, Израилем, Европой, арабскими монархиями и так называемым глобальным Югом. Но ответная логика удар по региону -подрывает именно ту дипломатическую почву, на которой можно было бы строить ответную долгосрочную стратегию.
Вместо удара по альянсам (как бы советовал СЦ) – было их объединение.

5. Символического сопротивление спутано с рациональной стратегией сохранения режима
Иран стремится показать, что не сломлен. Задача государства в войне вовсе не красиво страдать, а сохранить способность продолжать политику. Если страдания публичные, то это попытка выиграть время. Но если ответные действия ведут к большему разрушению инфраструктуры, потере элиты, усилению санкционного давления и международной изоляции, то символизм победит стратегию.

Самая большая ошибка обеих сторон в том, что они переоценивают военный язык и недооценивают политическую науку войны.
Клаузевиц сказал бы, что война должна оставаться инструментом политики.
Судя по всему обе стороны ищут в этом конфликте чего-то другого.