А где ты был 10 января 2016 года?

Нет артиста, который значил бы для меня больше

Поэтому сегодня по ежегодной традиции объявляю Bowie Day

Начну с личных воспоминаний.

Я прекрасно помню 10 января 2016 года. Где-то в 17:30 по Владивостоку я увидел на стене Ильи Беспалова из Crossparty новость, что Дэвид Боуи умер. Я смотрел на ту самую фотографию Боуи, сделанную на какой-то крыше заснеженного Нью-Йорка, где легендарный британец как будто отдавал честь, мол, я свое дело здесь делал, отправляюсь дальше. К тому времени он уже пару-тройку лет был одним из моих любимых артистов. Очень хочется избежать пафоса, но новость ошарашила сильнее, чем момент из детства, когда я узнал, что Деда Мороза не существует. В комнату зашла мать и сообщила, что Боуи больше нет — и как будто это окончательно меня отрезвело. Типа, ясно, это произошло. По радио уже играла Space Oddity, а интернет в тот же вечер погрузился в массовый траур (ничего подобного я не видел ни до, ни после). Спустя час я уже ехал в бар по вечернему Владивостоку, слушал сумрачный Young Americans, который с тех пор стал моим любимым альбомом. Хотя к тому времени Боуи я уже заслушал до дыр, но именно после его смерти мне стало очевидно его влияние (об этом — в следующих постах). Он оказал огромное влияние на меня. Если бы не Боуи, не было бы и Field of Pikes в том виде, в котором он есть. Не было бы в моей жизни, разумеется, и моего альтер-эго Павла Лобычева. Андрей Бухарин на смерть Боуи предположил, что он совершил символическое самоубийство. Но на мой взгляд Боуи сделал нечто прямо противоположное — он обессмертил себя.

И держите трейлер нового дока, посвященного закату карьеры Боуи в 80-е и его дальнейшему воскрешению