— Нет... Нет. Нет! Почему ты не обратилась за помощью, Юна... Почему... Зачем... – шептала Чхве, падая на колени. Свет за дверью зажёгся тонкой жёлтой полой под дверью. Она разбудила родителей.

Уведомление. На экране отобразится контакт "Юна". Отложенное сообщение. Лиа передёрнуло. Она жутко напугалась. Медленно, с дрожащими руками, открыла мессенджер и увидела "предсмертную записку".

Yuna: Прости меня, Лиа. Я соврала. Я не лучше. Всё только хуже. Он грозился убить мать и отца. Я должна была сделать это. Я не рассказала, не вернулась домой. Мне всё ещё жутко страшно. Если ты получила это сообщение, значит он что-то сделал со мной. Возможно меня уже нету в живых. Мне жутко страшно осозновать всё это. Прости меня. Я люблю тебя, ты очень дорога мне. Прошу передай маме и папе, что я благодарна им за всё, что они сделали для меня. Они ни в чём виноваты, как и ты. Во всем виновата лишь я. Мне безумно жаль, что я была так груба и холодна к тебе, что я обидела тебя. Я дура. Я люблю вас.

Лиа лишь рассмеялась, рыдая навзрыд, пока мать пыталась растрясти дочь и понять, что произошло.

***

Похороны прошли мрачно, тоскливо. Моросил холодный дождь. Лиа со своей семьёй стояла в трауре. Мать успокаивала Мисс Шин. Отец Юны сдерживал слёзы, но это давалось ему с трудностью. Но девушка не плакала, просто стояла с букетом белых колючих роз в чёрном платье, которое она никогда не одевала из-за открытых плеч, но сейчас сверху была чёрный кардиган. Это уже была не Лиа. Просто пустая оболочка, не чувствующая боли, холода, обиды, раскаяния.

Когда для семьи Чхве подошла очередь прощания Лиа присела около свежей могилы, всматриваясь в фотографию ещё живой, именно живой, а не существующей, как последние месяцы, Юны. Улыбка до ушей, тёмные пушистые волосы, которые Шин всегда выпрямляла. По щеке скатилась холодная слеза. Одна. Лиа положила букет на могилу, поднимаясь и всё ещё всматриваясь в фото на кресте.

— Идиотка.. – неслышно прошептала девушка, уходя с кладбища вместе с отцом и матерью под вой ветра, рыдания и крики Мисс Шин, морось в лицо. Лиа не обернулась, не щурилась от дождя. А в голове крутилась лишь одна девушка – яркая, шутливая, милая, шумная, живая – Юна.