Резюмируем Фромма (1/2)

Итак, в книге «Бегство от свободы» Фромм показывает, что свобода от внешних авторитетов стала для человека бременем, и чтобы избежать её, люди либо подчиняются вождям (авторитарный характер), либо сливаются с толпой, становясь безликими копиями. Истинная свобода — не бегство, а творческое самовыражение и готовность принять ответственность за это самовыражение.

Мне рассуждение в этом ключе очень близко, и особенно хорошо эта схема, как мне видится, применима, вы не поверите, к анархистам. Дело в том, что (само)организованная анархическая группа склонна производить и авторитетных лидеров, и подавлять индивидуальность в коллективе, и вообще быть просто иначе окрашенной и, возможно, менее малочисленной, но такой же толпой. Да, её участники отличаются от массы, но в своём отличии они одинаковы и тождественны друг с другом. Апофеоз этого, думается мне, — колонны «Чёрного блока» на протестах, где все в тотал-блэке и масках.

Но тут же я сам с собой и поспорю, потому что желание (или тактика) сливания с толпой может быть не проявлением бегства от свободы, а своего рода камуфляжем.

Немецкий писатель Эрнст Юнгер, рассуждая о несвободе анархиста (вспомним его знаменитое «свободный человек анархичен, а анархист нет»), как раз говорил, что восстание против общества, государства или власти можно рассматривать не как акт подлинной свободы, а как проявление зависимости от того, против чего человек борется. В отличие от анархиста, который спорит с государством и сам попадает под власть его законов, анарх (фигура, вводимая Юнгером) независим, и ему присуща подлинная, надо полагать, свобода. Свобода внутренняя. Анарх живёт в мире, сохраняя автономию духа, а власть попросту не способна его уловить.

Мне, насмотревшемуся на большое количество протестов как в России, так и в мире, кажется, что зачастую организованные протестные шествия — не что иное, как фроммовское бегство от свободы, а не проявление свободы подлинной. Подобным протестам зачастую необходим противник в лице государства, например полиции. Без столкновения или хотя бы необходимого напряжения он теряет смысл. Да и нужен он чаще не для достижения тех или иных целей (много ли мы видели историй успеха?), а для самоактуализации участников.

Возвращаясь к моей любимой шарманке про анархистов: так себе вы анархисты, если нуждаетесь во власти для того, чтобы от неё отстроиться, в наборе регламентированных практик и ритуалов и в неписанной, но довольно хорошо считываемой на дистанции иерархии.

Ну и совсем на полях отмечу, что мы знаем и истории сект, цель которых декларировалась как раз как помощь в обретении свободы (духовной, внутренней, личной и т.д.) и истории тоталитарных диктатур, учрежденных также под лозунгами этой самой свободы.

Так что вектор моих рассуждений как будто ясен.