Часть 5

Понедельник. Будильник прозвенел в семь. Аня сбросила его, полежала минуту, потом встала. Ваня ещё спал. Она посмотрела на него — растрёпанный, с приоткрытым ртом, рука свесилась с кровати. Улыбнулась. Не стала будить. Тихо собралась, выпила кофе на кухне, написала записку: «Ушла на учёбу. Борщ в холодильнике. Не скучай». Приклеила на холодильник. Вышла.

Театральный встречал её гулким коридором, запахом краски и старых кулис. Аня шла по лестнице, здоровалась с однокурсниками. Их было немного — человек двенадцать. Полюшки среди них не было. Она училась в другом месте, на другом направлении. И иногда Аня жалела, что рядом нет её громкого смеха и вечных шуток.

Пары тянулись долго. Актёрское мастерство, сценическая речь, история театра. Аня сидела на подоконнике в перерыве, пила воду из бутылки. К ней подошёл парень из группы, спросил, будет ли она на репетиции после обеда. Она кивнула. Он ушёл.

Она достала телефон. Написала Полюшке: «Как ты там?» Та ответила через минуту: «Скучаю. Ты как?» Аня улыбнулась. «Тоже. Давай в выходные?» Полюшка прислала смайлик с сердечком. «Давай. Я с Машей приеду». Аня убрала телефон. Приятно было знать, что на выходных они увидятся.

После пар она вышла из корпуса в девять. Устала так, что даже сумку не чувствовала. Телефон завибрировал. Сообщение от Вани: «Стой на месте. Я подъеду».

Она остановилась. Люди шли мимо. Кто-то оглядывался. Она не обращала внимания. Он подъехал через десять минут. Вышел из машины. Открыл дверь для неё.

— Садись.
Она села. Он закрыл дверь, обошёл машину, сел за руль.
— Ты чего такой довольный? — спросила она.
— Я всегда довольный, когда тебя вижу.
— Врёшь.
— Немного.
Он наклонился, поцеловал её в щёку. Потом завёл машину. В динамиках заиграло что-то знакомое. Аня прислушалась.
— Это же «Силуэт».
— Ага.
— Ты специально?
— Может быть.

Она улыбнулась. Откинулась на сиденье. Песня шла своим ходом, тихо, ровно. За окном проплывали огни. Аня смотрела на город и слушала. Их голоса. Его и её. Как они записывали это вместе.

Потом заиграл «Почерк». Она повернула голову к нему.

— Ты весь плейлист собрал?
— А что? — он пожал плечами. — Мне нравится.
— Это же твои песни.
— И что?
— Ты их слушаешь?
— Иногда.
— Странный ты.
— Знаю.

Она засмеялась. Он улыбнулся. Взял её руку, положил на своё колено. Держал, пока вёл одной рукой.

— Так удобно? — спросила она.
— Не очень.
— Потерпишь.
— Потерплю.

Потом заиграл «След». Она закрыла глаза. Вспомнила, как впервые услышала эту песню. Как он спел её ей ночью, тихо, только для неё. Как она потом не могла уснуть, потому что слова крутились в голове.

— Вань.
— Мм?
— А помнишь, ты мне эту песню ночью пел?
— Помню.
— Я тогда не могла уснуть.
— Я знаю.
— Откуда?
— Ты утром сказала.
— А, точно.

Он засмеялся, она тоже.
Потом заиграл «Шёлк». Аня чуть приподняла брови.

— А это?
— А это для настроения.
— Для какого?
— Для вечернего.
Она засмеялась. Он тоже. Город шумел за окном, а здесь было тихо и тепло.
Дома она сбросила туфли, прошла на кухню. Он пошёл за ней.

— Есть хочешь? — спросил он.
— Немного.
— Тогда я разогрею борщ.
— Опять борщ?
— А что? Ты его любишь.
— Люблю. Но ты его пятый день ешь.
— Мне не надоедает.
Он поставил кастрюлю на плиту. Она села на стул. Смотрела на его спину.
— Вань.
— Мм?
— Спасибо, что забрал.
— Ты уже говорила.
— Я ещё раз.
Он обернулся. Улыбнулся.
— Пожалуйста.
Он налил борщ в тарелку, поставил перед ней. Хлеб, сметана, зелень. Сел рядом.
— Ешь.
Она ела, а он смотрел. Иногда отпивал из своей чашки.
— Ты чего не ешь? — спросила она.
— Я поел.
— Опять омлет?
— Нет. Борщ.
— Ты борщ ел, а теперь я борщ ем.
— И что?
— Ничего. Просто смешно.
Она доела. Он забрал тарелку, помыл. Она пошла в душ. Когда вышла, он сидел на диване с гитарой.

— Опять? — спросила она.
— Что опять?
— Играешь.
— А что, нельзя?
— Можно. Просто ты всегда играешь.
— Мне нравится.
Она села рядом, поджала ноги. Он начал играть. Тихо, медленно. Что-то знакомое.
— Это «Силуэт»? — спросила она.
— Ага. Только без слов.
— Красиво.
— Я знаю.

Она положила голову ему на плечо. Он играл. Она слушала. За окном шёл дождь.