4 года назад мы все проснулись в другом мире. 24.02.2022 разделила жизнь всей страны на до и после, и в том феврале мало кто мог подумать, что конфликт на Украине достигнет таких масштабов и будет идти дольше, чем Великая Отечественная война.

СВО стала обыденностью в жизни и россиян, и украинцев, с той лишь разницей, что на Украине конфликт затрагивает большую относительную часть населения и тем самым ощущается более гнетущим. В России же в очередной раз политический дуализм свелся к спорам и разделению общества:

1. Военнослужащие/мобилизованные. Состав лояльных военнослужащих крайне неоднороден: пришедшие до конфликта и не продлившие контракт, многие из тыловых частей с низким уровнем денежного довольствия, относятся к группе «удерживаемых» 647 Указом президента. Второй пласт военнослужащих — это подписавшие контракт с получением существенных денежных выплат, более терпимые к условиям службы. Что касается 300 тысяч человек, мобилизованных в 2022 году, большая часть из них подписали контракт, кто под давлением, кто по собственной воле. При этом категория мобилизованных обладает протестным потенциалом (вспомнить митинги их жен) и фактически находится в самом уязвленном статусе.

2. Частный бизнес/госкорпорации. Число предприятий малого бизнеса постепенно сокращается, растет число банкротств, а недавнее повышение уровня НДС нанесло ещё один удар по ИП. При этом госкорпорации получили не только налоговые льготы, но и новые оборонзаказы.

3. Элита/народ. Наибольшее расслоение и главный фактор дестабилизации. Общество продолжает ассоциировать факты коррупции со всей элитой. Отсюда растет и запрос на справедливость, который в 2023 году использовал Евгений Пригожин. Пока у простых людей больше половины дохода уходит на продуктовую корзину, представители элиты продолжают обучать детей в западных вузах и летать на частных джетах. Это расслоение имеет накопительный эффект негатива к государственным институтам и уровню доверия.

Нельзя сказать, что к четвертой годовщине СВО мы подошли с результатами третьей годовщины: за этот год была полностью освобождена Курская область, ВС РФ подошли к границе Днепропетровской области, значительно продвинулись в направлении Запорожья. Ситуация на фронте описывается термином «постепенное продвижение», в обиход обеих сторон прочно вошло понятие зон сплошного огневого поражения – полос перед передним краем глубиной до 15 километров, где максимально активно применяются огневые средства поражения и БПЛА. Невозможность решить проблему преодоления этих зон с умеренным уровнем потерь и определяет необходимость применения малых штурмовых групп на мотоциклах, буханках и багги. За новациями на поле боя внимательно следят США и Китай, адаптируя свое вооружение под вероятные задачи «ограниченной войны», в которой нет места применению всей номенклатуры средств поражения.

Однако главным ожидаемым событием по-прежнему остаются мирные переговоры и окончание военного конфликта. От его исхода будет зависеть внутриполитическая обстановка и в России, и на Украине, в целом стабильность на материке с условием новых военных договоренностей. Текущий переговорный процесс строится вокруг позиций стамбульских переговоров 2025 года, серьезных отличий от требований сторон нет. Процесс продолжает развиваться в логике российской стороны и общения в рамках рабочих групп – гуманитарная группа объединена с военной и возглавляет ее адмирал Игорь Костюков, экономическая группа возглавляется Кириллом Дмитриевым, а политическая представлена Владимиром Мединским. Четвертый год СВО подводит обе страны к вопросу прекращения боевых действий, окончание которых лежит в ожидаемом факте встречи лидеров стран, которую посредник в лице США стремится провести до наступления лета.

Подпишись на Башни