Акт 4: Первая встреча спустя года.
Дверь мастерской неприятно скрипнула, впуская внутрь Нотта. Он понятия не имел, почему пришел настолько рано к себе на работу, но имел чёткое представление о том, что ему стоит чем-то заняться, лишь бы не видеть перед глазами всё новые страшные и кровавые записи в своём личном дневнике.
Тишина здесь казалась более приятной, чем в собственной квартире, где отчетливо чуял запах чужой крови, который будто въелся в те стены и никак не отпускал. Здесь же наоборот, запах металла и древесины были настолько привычными, что это даже успокаивало.
Теодор прикрыл за собой дверь, проходя внутрь. Он снял своё пальто и небрежно бросил на спинку стула, закатывая рукава рубашки. Подошел к рабочему столу и начал перебирать инструменты, выкладывая перед собой один за другим. Металл тихо звенел о поверхность стола, нарушая тишину мастерской. Он старался сосредоточиться на привычных действиях, позволяя рукам действовать автоматически: проверить всё ли на месте, достать артефакт, который он вчера не доработал и проверить на нем детали.
Он осматривал кулон через маленькую лупу на ножке, что была прикручена к столу и лишний раз не пришлось её искать где-то в творческом хаосе. Его волшебная палочка едва коснулась кулона, нашептывая диагностирующие чары. Они мягко скользнули по поверхности изделия, излучая тускловатый голубой цвет, выделяя своим свечением проблемные участки.
Мелкие детали придется переделывать вручную, но основной корпус изделия цел, не смотря на неровности в виде глубоких царапин, которые придется запаять и заново заполировать до идеального блеска. Теодор едва заметно кивнул самому себе, отложив палочку в сторону. Ничего критичного. Работа вполне привычная, почти механическая, а значит, именно то, что ему сейчас и требовалось.
Он взял с края стола тонкий пинцет и осторожно подцепил одну из мелких деталей, извлекая её из корпуса и положил её на мягкую ткань рядом с остальными элементами. Следом потянулся за небольшим набором инструментов, выбирая среди них самый тонкий напильник.
Движения были точными и мелкими, выработанные за долгие года в этом ремесле, любовь к которому прививал его отец из самого детства. Тонкая стружка осыпалась на стол, поблескивая в свете ламп. Он работал молча, сосредоточенно, постепенно возвращая изделию первоначальный вид.
По окончанию работы, артефакт был спрятан в шкатулку, а затем в большой шкаф с пометкой имени хозяина. Темноволосый вносил последние штрихи в чертеж на пергаменте, выводя буквы и цифры идеальным почерком.
Теодор откинулся на спинку стула, несколько секунд неподвижно рассматривая собственный почерк. Чёрные чернила ещё не успели окончательно высохнуть. Он медленно опустил голову на жесткий стол и устало прикрыл глаза, не замечая то, как уснул.
Разбудило его касание чужой руки на плече из-за чего он резко отряпнул и посмотрел на своего помощника, как на сумасшедшего.
— Мистер Нотт? — тихо спросил парнишка.
Кареглазый смотрел на него неотрывно несколько секунд, пытаясь понять где находится. Сон тяжёлым грузом всё ещё лежал в его сознании, а мышцы затекли от неудобного положения. Он резко выпрямился, задевая чернильницы, которая звонким звуком ударилась об пол, а чернила медленно растеклись на нём.
— Мерлин. — тихо выдохнул он, устало потирая лицо ладонью.
— Я не хотел вас напугать, — поспешно произнёс помощник, отступая на шаг.
— Всё в порядке. — машинально бросил Нотт, опуская взгляд на разбитую чернильницу на полу и недовольно поморщился. Он потянулся к своей волшебной палочке, произнося краткое "репаро" и от этого мелкого происшествия не осталось ни следа, кроме тёмного пятна на этом месте.
— Точно? — переспросил помощник, покосясь на владельца. — Ты в последнее время какой-то дерганный. — задумчиво добавил тот, ставя новые свитки на стол.
— Дерганный? — он медленно перевёл взгляд на помощника, всё ещё крепко держа палочку в руке, пытаясь понять, что имеет в виду его коллега, но он видимо решил тактично промолчать, вздымая руки вверх с жестом "сдаюсь".
