По его словам, первоначальное указание Маси состояло в том, чтобы не разрешать круговым вернуться в один круг с лидерами: а это означало, что между Хэмилтоном и шедшим вторым Ферстаппеном оставались пять машин. При этом времени на то, чтобы выпустить в круг с лидерами всех круговых, уже не оставалось.
«Это означало, что Максу пришлось бы обогнать все пять машин, прежде чем добраться до Льюиса, а за один гоночный круг это было невозможно. Гран-при Абу-Даби, а вместе с ним и весь сезон, завершался самым неудовлетворительным образом. Я не мог понять этого решения.
Весь мир, следивший за гонкой, хотел увидеть прямую борьбу Макса и Льюиса в решающем поединке за титул, а не то, как они медленно добираются до невпечатляющего финиша. Любой другой исход был бы разочарованием.
Я решил ещё немного надавить на дирекцию гонки. “Давай, Майкл, нам нужно возобновить гонку. Почему мы не убираем с дороги эти машины круговых? — сказал я. — Будет так жаль закончить всё за автомобилем безопасности. Круговым нужно позволить вернуться в один круг с лидерами. Давайте гоняться”».
Естественно, Кристиан умолчал о том, что эти пять круговых между ними не упали с неба, а появились именно потому, что гонщик Red Bull заехал в боксы, в то время как Хэмилтон остался на трассе. А также о том, что соперничество между свежими мягкими шинами и старым Hard довольно трудно назвать «прямой борьбой». Но так или иначе, Маси послушал Хорнера и изменил первоначальное решение.
Итог хорошо известен — Макс легко обогнал Льюиса, выиграл гонку и завоевал свой первый титул.