Интересная история с войной FIA и ACO, результатом которой теоретически может стать (но не станет) раскол между двумя организациями и разделение «24 часов Ле-Мана» и чемпионата мира WEC. Однако для понимания важен контекст.

Надо понимать, что устройство WEС совершенно не похоже на современную Формулу-1, где всё вращается вокруг самого чемпионата, а трассы стремятся в него попасть. В гонках на выносливость ситуация обратная: всё вращается вокруг Ле-Мана, а чемпионат пытается его затащить в свои сети.

Гонка «24 часа Ле-Мана» проходит уже более 100 лет, с 1923 года, почти без перерывов. Чемпионат за это время создавался и исчезал много раз, и на Ле-Ман это никак не влияло. Потому что все производители мечтают выиграть Ле-Ман, а не чемпионат мира.

Показательна история конца 80-х, когда из-за самодурства президента FIA Жан-Мари Балестра и набиравшего силу Берни Экклстоуна, «24 часа Ле-Мана» вышел из чемпионат мира. В итоге победителей гонок в Ле-Мане 1989 и 1990 года знают все любители автоспорта, а вот победителей чемпионата (тогда он назывался World Sports Prototype Championship) — практически никто.

В 1991-м вступил в силу новый регламент и Ле-Ман вернулся, но даже это не спасло чемпионат и в 1992-м он развалился окончательно. И с 1993-го по 2010-й (!) никакого чемпионата мира по гонкам на выносливость не было вообще. Помешало ли это «24 часам Ле-Мана»? Да не особо. Гонка проходила каждый год и собирала достаточно участников.

Более того — за эти годы организатор Ле-Мана, французский автомобильный клуб ACO, наплодил собственных региональных серий с инициалами LM в названии — ELMS, ALMS и так далее, фактически создав собственную экосистему. Без всякой привязки к FIA. Да, они не могли создать чемпионат мира, это прерогатива FIA, но командам и гонщикам это было неважно: им просто нужно было где-то ездить в ожидании главного события года — «24 часов Ле-Мана».

Именно поэтому когда в 2011-2012 годах чемпионат возрождали (как вы понимаете, то, что это случилось после того, как президентом FIA стал Жан Тодт, совсем не совпадение), ACO дали максимум преференций: фактически WEC стал совместным чемпионатом ACO и FIA, причём FIA только давала статус, а всё остальное решала ACO. И вот теперь нынешний президент FIA Мохаммед бен Сулайем пытается эту расстановку силы пересмотреть, добившись для FIA большей власти и больших денег.

И ACO тут далеко не первый: за последний год бен Сулайем уже проделал это же с чемпионатом мира по ралли и Формулой E. Но только эти серии зависимы от статусов, которыми их наделяет FIA, а «24 часа Ле-Мана» — нет. Это похоже скорее на ралли-рейды, где есть, конечно, Кубок мира, но по большому счёту, он мало кому нужен — всех волнует только «Дакар».

Поэтому конфликт неизбежно закончится победой ACO — у бен Сулайема попросту нет никаких аргументов. Он может, конечно, проводить дальше WEC без «24 часов Ле-Мана», без проблем. Вопрос в том, кому нужен будет такой WEC.