У меня есть рационализаторское предложение: судить о гонках по новому регламенту, посмотрев хотя бы пару из них. Нет, ну правда, почему нельзя просто подождать два-три первых Гран-при, а потом уже рассуждать о том, хороши гонки по новым правилам или нет? Ведь действительно никто толком этого сейчас не знает.

Особенно мне понравилось это утверждение Флавио Бриаторе о том, что «болельщикам это совершенно не нравится». Сразу возникло два вопроса:
1) откуда болельщики знают, нравится им это или не нравится, если ни одной гонки они ещё не видели?
2) откуда Бриаторе знает, что нравится, а что не нравится болельщикам? Он опрос проводил? Или ему так просто хочется думать?

Я помню каждую смену регламента за последние 30 лет, и каждый раз одно и то же: «всё пропало, катастрофа, это не Формула-1, верните <вставить дату> год». И ничего, как-то переживаем раз за разом. А потом проходит время, и именно этот период кто-нибудь назначает лучшим в истории. Сколько раз уже такое было.

Кстати, вот Ферстаппен месяц назад сказал, что это «Формула E на стероидах». Знаете, откуда эта фраза? Я расскажу. В 1998 году, когда вступил в силу новый регламент с более узкими машинами и с шинами с канавками, Герхард Бергер назвал новые машины «Формулой-2 на стероидах». Макс тогда, правда, только родился, но папа ему, думаю, рассказывал. И ничего, как-то осилили. Недавно кто-то авторитетный даже утверждал, что это был лучший регламент в истории Формулы-1 (сам я с этим не согласен).

И ещё момент — то, что нынешний регламент на силовые установки экстремален — не новость, это активно обсуждалось и в прошлом году. Конечно, убирать MGU-H, и при этом делать соотношение мощности ДВС и электрочасти 55/45 — это очень амбициозно. Но для меня это плюс, а не минус. Формула-1 как раз и хороша этим безумным инженерным вызовом, этими сверхзадачами, которые они как-то умудряются решать. И чем сильнее их подстёгивает регламент, тем грандиознее решаемые задачи.

Скажем, 20 лет назад никто не мог представить, что можно повысить мощность двигателя, одновременно снизив потребление топлива на треть. Тем не менее, этот рубеж был пройден легко и быстро — после того, как этого потребовал регламент. Совершенно фантастическое достижение — правда, из-за него силовые установки Формулы-1 стали настолько сложными, что отпугивали даже самых авторитетных автопроизводителей.

Потому появился новый регламент: без MGU-H, с экологичным топливом, но при этом с той же мощностью. Архитектурно такие силовые установки проще предыдущих, но управлять ими (с инженерной точки зрения) гораздо сложнее. Ещё один супервызов для конструкторов. Разве не интересно посмотреть, как они с ним справятся? При том, тесты показали, что самое худшее уже не произошло — большинство производителей сумели создать силовые установки, которые не уступают прошлогодним ни в мощности, ни в надёжности.

И даже те сложности с управлением энергии, что сейчас есть, уверен, будут быстро решены — как были решены, например, проблемы с «дельфинированием». Через год о них уже никто не вспоминал. Потому что в Формуле-1 работают лучшие инженеры в мире, и мне это безумно нравится.

Знаете, если поставить перед автомобильными и аэрокосмическими инженерами цель полететь на Марс, то они будут долго оценивать выполнимость этой задачи. И скорее всего, в итоге признают её невыполнимой (примерно это сейчас происходит с проектом Starship). Но если ту же задачу поставить перед инженерами Формулы-1, они просто спросят: «Когда взлетать?»