Бурное (на мой взгляд — чересчур) обсуждение предыдущего поста навело на мысль, что многие, на самом деле, плохо понимают суть работы журналиста. И воспринимают интервью или пресс-конференцию как обычный разговор — ну, или ответы профессора слушателям после лекции. Но это совершенно не так. Хороший интервьюер задаёт вопросы вовсе не для того, чтобы узнать что-то новое.

У меня за плечами сотни интервью и десятки пресс-конференций (не только гоночных, но процент их большой), и с какого-то момента я начал заранее объяснять гонщикам: «Не удивляйся, если услышишь какой-то странный вопрос или то, о чём мы с тобой уже не раз говорили. Вопросы — это функция. Я спрашиваю тебя не потому, что чего-то не знаю, а потому, что хочу услышать этот ответ от тебя».

Почему? Конечно, я могу сам рассказать всё то же самое. Но читателя интересует (в этом случае) не я, а мой собеседник. И те вещи, которые я, скажем, отлично знаю, должен произнести он. В этом смысл интервью, это не двухсторонний разговор, а односторонний.

Бывает, что вопрос задаётся для того, чтобы услышать ответ «Нет». Это тоже нормально. Ты спрашиваешь: «А ты сам не считаешь, что Земля плоская?» Он отвечает: «Нет, не считаю. Я облетел Землю три раза, и смог вернуться на прежнюю точку, так что она точно закругляется». Очень наивно делать из моего вопроса вывод, что я сам считаю, что Земля плоская. Нет, я делаю это для того, чтобы самому выйти из плоскости, создать нашему разговору глубину.

Вообще, интервью, в которых твой собеседник всегда тебе отвечает: «Да» и во всём соглашается, обычно самые скучные. Вы поговорили, расстались довольные друг другом, но публиковать нечего — читателю всё это неинтересно. Делать наоборот, впрочем, тоже не стоит — получится желтизна. Но надо помнить, что ответы «Нет» часто раскрывают человека гораздо ярче, чем «Да». Они создают пространство для разговора, выводят диалог и накатанной колеи.

Возвращаясь к тому конкретному вопросу — да, это совершенно нормальный вопрос, и мы не знаем, почему он был задан. Почему-то некоторые посчитали, что журналист хотел уколоть Макса по поводу его действий в Барселоне. Но это совсем не обязательно так — и даже скорее всего не так. Потому что это не диалог двух знакомых, у журналиста задача — получить некий ответ, а не высказать мнение.

На какое именно он рассчитывал — мы не знаем, тут много вариантов. Но давайте на секунду представим, что его самого замучали читатели вопросами о Барселоне и потерянных Максом очках. Он хочет объяснить, что проблема не может быть в одной гонке. Как ему это сделать? Конечно, можно написать длинную колонку с объяснениями, как устроен мир (мы тут так и делаем). Но есть другой способ: можно спросить Макса. И как же будет звучать вопрос в этом случае? Да ровно так же. «Макс, вы не думаете, что потеряли титул тогда, в Барселоне, когда врезались в Джорджа?»

Не обязательно, что его цели были именно такими, но такое тоже могло быть. Ну, а если он хотел задеть Макса, то, выходит, у него получилось.