«Последний курорт», серия «6-9»
2026, шамот, глазурь, 21×31×10 см
«Последний курорт» — критика «поп-спасения». Спасение как модный, легкомысленный аксессуар, за которым стоит духовная пустота. Это подчеркивает абсурд: мы пытаемся «приобрести» спасение, как товар. Розовый цвет фламинго, его надувная природа — это критика «легкого», поверхностного подхода к вере, который не хочет видеть глубину и опасность «моря».
Виктория Меньшакова
«Рис. 09»
2026, серия «Без референта», пигментная печать, дибонд, 20×30 см
Как визуальный код определяет то, что мы видим? Тело — пограничный случай между непосредственным опытом и медиированной моделью. Мы живем внутри собственного тела, но при этом не видим большую часть его устройства. И мы привыкли доверять анатомическим изображениям как знанию о собственном теле. В серии «Без референта» я использую точные медицинские анатомические модели и перестраиваю связи между ними, не заботясь о правильности и жизнеспособности получившейся конструкции. Это разрывает все связи объекта с предназначенной ему функцией и делает узнавание многочастным процессом, формы которого зависимы от непосредственного опыта каждого зрителя.
Мария Седова (13 1 18 9)
«Выгорание»
2026, стекло, воск, песок, глина, 5×15×15 см
Работа отражает внутренний процесс эксплуатации, системный сбой человека под давлением контроля и силой капиталистических желаний. Тяжелое стеклянное дно обрамлено восковыми каплями, напоминающие затухающую свечу. Центр скульптуры заполнен песком с побережья — отсылка на жертву свободным временем. Фитиль выполнен из самозатвердивающей грины, он катается по песку и оставляет узор суеты перед окончательным замиранием. Выгорание — это состояние не личной неэффективности, а результат того, что система «все должно приносить прибыль или пользу» высасывает из человека психическую энергию, превращая его в угасающий огарок.
Алена Жамоздик
«Граница утрачена»
2026, цифровая печать на бумаге Pearl, пластификация, 20×30 см, тираж 1/5+1АР
Если опираться на теорию голографичности Вселенной, идею единства макрокосма и микрокосма, то можно увидеть, как берег реки и плывущий по воде тополиный пух превращаются в отражение далеких звёзд и галактик, а рябь становятся подобием интерференционной картины, где зашифрована структура целого.
Тамара Герасун
«Пустой канал #2»
2026, цифровой коллаж, пластификация, 50×70см
«Пустой канал» — это исследование внутренних состояний, возникающих в моменты редкой тишины, когда информационный поток наконец затихает. В центре проекта — персонаж, переживающая период перезагрузки и поиска новых опор. В этом остановленном времени героиня создает собственный мир — яркий, многослойный, насыщенный фантазийными существами, которые отражают её переживания, мечты и желания. Мультяшные персонажи становятся языком эмоциональной игры: они помогают ей переосмыслить чувства, вернуть контакт с собой и пробудить ту лёгкость, которая была знакома в детстве. Каждый персонаж — её частица, отражение и осколок. Работа «Пустой канал #2» это изображения деления жизни на до и после пережитой травмы. Переход от детского состояния, во взрослое через столкновение с болезненным. Про то как мы меняемся, переживаем новые состояния, теряем часть себя, но продолжаем оставаться собой.
Увидеть работы вживую можно до 27 сентября, вход свободный, по предварительной записи. Регистрация здесь.