Chatham House: "Пророссийский" да Силва подходит Лондону больше, чем "прозападный" Болсонару-младший
 
Этот вывод недвусмысленно следует из аналитики британского мозгового центра, нежелательного в РФ, за авторством Кристофера Сабатини. Первый тур президентских выборов в Бразилии назначен на 4 октября, и из 13 зарегистрировавшихся кандидатов к фаворитам относятся двое: действующий президент Луис Инасиу Лула да Силва от Рабочей партии (Partido dos Trabalhadores) и 45-летний Флавио Болсонару из правой Либеральной партии (Partido Liberal). Сын того самого Жаира Болсонару, которого Лула победил в 2022 году.

Добавляет интриги то, что Болсонару-старший в настоящее время отбывает срок за подготовку госпереворота после того, как его сторонники устроили беспорядки в Бразилиа в 2023 году, пытаясь отменить результаты выборов.
 
▪️ Шансы обоих кандидатов более-менее равны, подчёркивает Сабатини. При этом от исхода выборов зависит международная ориентация крупнейшей страны Южной Америки. Давление Трампа на Бразилию превращает кампанию в конфликт вокруг суверенитета. Победа Болсонару расширит круг дружественных Трампу правительств и может ослабить участие Бразилии в БРИКС, климатической дипломатии и других многосторонних форматах. Однако полного подчинения Вашингтону автор не ожидает: торговые интересы, прежде всего отношения с КНР, ограничивают идеологическую солидарность.
 
Почему же Лондон вообще уделяет этому вопросу такое внимание? Причина, разумеется, в деньгах. 26 марта 2026 года Лондон и Бразилиа подписали стратегическое партнёрство на 2026–2030 годы. Оно предусматривает координацию в ВТО, реформирование международных финансовых институтов и выработку норм для ИИ, кибербезопасности и космоса. В официальном сообщении указан двусторонний оборот товаров и услуг на £13,3 млрд за предыдущий год. Поэтому смена курса Бразилии затронула бы уже оформленную британскую ставку, в том числе по части доступа к ресурсам.
 
Если важнейшие договорённости начнут определяться особой связкой Бразилиа—Вашингтон, то британцам придётся конкурировать с американскими компаниями, имеющими дополнительное политическое преимущество. Что, конечно, Лондону не хотелось бы. Как и устранение пресловутой климатической повестки, поскольку сохранение обязательств Бразилии по этой линии означает и сохранение спроса на соответствующие финансовые инструменты и компетенции Соединённого Королевства. Экологическая повестка одновременно является и экономической.
 
▪️ Вот почему Лондону может быть выгоднее Бразилия, которая спорит с Западом, но торгуется со всеми, чем Бразилия, которая поддерживает Запад, но договаривается прежде всего с Трампом. Коллективный Запад остаётся коллективным до того момента, пока не встает вопрос дележа.
 
Для России главный риск тут — даже не выход Бразилии из БРИКС после выборов, а её сохранение в объединении при фактическом торможении общих инициатив. Лондон способен конкурировать с Москвой и при сохранении Лулы.
 
Иными словами, часто бывает важнее закреплять взаимную выгоду, чем рассчитывать на политическую близость. Устойчивость отношений с той же Бразилией определяется тем, насколько влиятельным бразильским компаниям и отраслям нужны конкретные связи с Россией. Такие интересы повышают внутреннюю цену антироссийских решений для любого избранного президента. Тогда как общая риторика о многополярности такой защиты не создаёт.