Доброе утро!

Спасибо вам за честность.

«Я соглашаюсь, если не уверен(а), что смогу отстоять» — звучит почти как внутренний договор.
Договор, в котором цена — себя не потерять, а гарантия — не быть отвергнутым.
Но за этим стоит не просто страх конфликта. Там глубже. Это страх быть не принятым. Быть неудобным. Быть тем, кого не любят.

И вот в чём трагедия — боясь, что отвергнут нас, мы первыми отвергаем себя. Свои желания. Свою волю. Свою правду.

Мы как будто говорим себе: «Я выберу не себя — лишь бы выбрали меня». Но это обмен без прибыли. Сделка без выигрыша. Потому что ту дыру внутри — дыру от нехватки любви, принятия, безопасности — мы пытаемся заделать чужим согласием.
И это невозможно. Потому что она не закрывается извне. Это и есть зависимость. Зависимость от одобрения. От контакта любой ценой. Это способ остаться «в стае», даже если за это нужно расплачиваться собственной целостностью.

Но свобода начинается тогда, когда ты говоришь: «Я могу быть не понят. Не прият. Не выбран. Но я выбираю себя».
И это не про борьбу. Это про достоинство.

Как вы думаете, какую часть себя вы отдали — ради мира с другими? И если это так, когда придет пора её вернуть?
И какой именно контакт я берегу?