Я видел Саирэш. Видел, точно тебе говорю!

На третьи сутки мы в его шторм влетели. Такой был, что я уже с покойниками мысленно здоровался. А к вечеру раз — и тишина. Ни волны, ни ветра. Будто море нас пережевало да выплюнуло.

Компас сначала завертелся как припадочный, потом сдох. Да и хрен бы с ним. Суша уже перед самым носом.

Под килем — песок. Блестит, как побрякушки у богатой шлюхи. Мелькнуло даже — озолотились. Потом на берег глянул. Весь в мутном камне, пластами. Вроде самоцветы, только неправильные какие-то.

А ещё бабочки. Куда ни глянь. Только мы на песок — вся эта дрянь разом вспорхнула и в туман.

Дальше мы не сунулись.

За деревьями... не знаю, как сказать. Тихо там было. Так тихо, что уши сами звенеть начинали. Стоишь — и всё кажется, будто кто-то в спину смотрит.

Мы дождались, пока небо сереть начнёт, снялись и ушли.

А когда оглянулись — нет острова.