Книга всегда лучше фильма — любая экранизация искажает авторский замысел.

Не согласна с этим высказыванием, потому что люблю «искажения авторского замысла», то есть интерпретации.

Когда кинематографисты следуют за текстом нога в ногу, боясь упустить реплику или деталь, это превращается в школьный урок, как в случае с «Онегиным» Сарика Андреасяна.

Чем старше текст, тем более странным, непонятным и неактуальным он может казаться читателю/зрителю.

Как можно сочувствовать царю Агамемнону из «Илиады», принесшему в жертву дочь Ифигению, чтобы корабли ахейцев смогли доплыть до Трои? А в античной логике он следует воле богов — какие могут быть возражения?

Прошлогодняя экранизация гомеровского эпоса — «Возвращение Одиссея» — отказывается от чудес и чудовищ, но зато поднимает антивоенную тему.

Одиссей больше не герой, а старик, которого мучает совесть. Он обрек на смерть своих воинов, оставил семью и народ на долгие 20 лет. Как после этого можно прийти во дворец, обнять жену и сына?

Верная Пенелопа уже не безропотна — она встречает мужа с укором: за что ты так поступил со всеми нами? В отсутствие Одиссея женихи — пришлые бандиты — оккупировали дворец и мечтают избавиться от наследника Итаки, Телемаха. На острове полный упадок — даже рынка не осталось: весь скот идет троглодитам во дворец.

С Пенелопой есть одна любопытная сцена. Когда Одиссей канонично расправляется с женихами, она пытается его остановить, просит прекратить убийства. Проявляет пацифизм, но весьма лицемерный.

Женихи много лет терроризируют Итаку, наверняка грабят и убивают жителей острова, хотят избавиться от обитателей дворца. Неужели нужно ждать, пока они лишат жизни кого-то еще?

Когда возможности ограничены, вариантов действий не так много. Дипломатия, манипулирование ресурсами — все это удел сильных. А слабые поставлены в ситуацию: либо мы их — либо они нас.

В материале о насилии и ненасилии я отмечала, что пацифизм — привилегированная позиция. Хорошо осуждать тех, кто взял в руки камень или гранату, когда тебе ничего не угрожает, когда твой дом не грозятся разбомбить, а тебя — казнить, покалечить или посадить в тюрьму.

Даже у Одиссея, царя Итаки, не было иного выбора. А что говорить о тех, кого уничтожают по этническому, религиозному или другому признаку? Кого подвергают геноциду? На чью страну напали? В таком случае не до этики.

А фильм, кстати, рекомендую. Талантливое кино, хоть и тяжелое.

⚡️ Подписаться на канал