Стюарт Кирш. Вовлеченная антропология: Политика за пределами текста. СПб.: Библиороссика, 2026.Неожиданный сюрприз - впервые на русском языке выходит книга про "вовлеченную антропологию", причем одна из знаковых! Это революционное событие для отечественной науки, где данное важное направление мировой антропологии последних десятилетий не было развито даже в зачаточном состоянии.
Термин "вовлеченная антропология" ("engaged anthropology") в западной науке начал активно использоваться с середины 2000-х годов, и с тех пор его востребованность неуклонно растет. Вовлеченная антропология подразумевает принципиальный отказ исследователя от позиции "нейтрального" внешнего наблюдателя по отношению к изучаемому сообществу. Если возникает конфликтная ситуация, в которой люди, которых исследует антрополог, являются жертвами (или хотя бы оказываются в уязвимом положении), ученый своей научной деятельностью обязан их поддержать. Пассивное этическое правило "не навреди" в вовлеченной антропологии заменяется на проактивное "помоги".
На русском языке публикации про вовлеченную антропологию появились только в 2019 году. Тогда
в "прикладном" номере журнала "Фольклор и антропология города" вышел перевод классической статьи
Сеты Лоу и
Салли Энгл Мерри "Прикладная антропология: разнообразие и дилеммы" (2010), а также
рецензия Андриана Влахова на книгу Bringa, T., Bendixsen, S. (Eds.)
Engaged Anthropology: Views from Scandinavia (2016). В том же году Елена Трубина публикует
рецензию "Вовлеченная урбанистическая антропология: соединяя исследования и жизнь сообществ" на сборник
"The Routledge Handbook of Anthropology and the City" (2018) под редакцией всё той же Сеты Лоу. И всё! На этом движуха схлопнулось. Дальше на русском языке "вовлеченная антропология" никуда не полетела. Ни одной статьи на российском материале в русле данного направления не вышло, хотя в западной науке это уже практически мейнстрим.
И вот на помощь спешит замечательное издательство "Библиороссика", которое до сих пор каждый год героически переводит и выпускает в России десятки зарубежных монографий. Именно оно в марте этого года выпускает книгу
Стюарта Кирша "Вовлеченная антропология". Оригинал на английском языке вышел в 2018 году, однако до сих пор эта книга уверенно входит в Топ-5 главных научных работ по вовлеченной антропологии.
Про что монография? Фактически это набор автобиографических кейсов за 20 с лишним лет карьеры автора. Начинается все с того, что молодой Стюарт Кирш в 1980-е годы изучает обряды и верования племени йонггом в Папуа - Новой Гвинее. Вроде бы всё идет по классике антропологии, и тут выясняется, что выше по течению реки расположена шахта по добыче золота и меди Ок-Теди, при разработке которой отходы из шахт сбрасывали в воду, устроив экологическую катастрофу. Племя йонггом стало пытаться протестовать против действий корпорации, которой принадлежала шахта. Стюарт Кирш решил помочь, включился в это противостояние, помогая готовить иски в суд, и... стал одним из основоположников "вовлеченной антропологии".
Всего в книге представлено семь подобных кейсов. Где-то удачных, а где-то провальных (но все равно поучительных). Однако, как пишет, Кирш в заключении, главное в вовлеченной антропологии - это даже не конечный результат (выигранный суд или принятый закон), а гуманистическая неравнодушная позиция по отношению к людям, с которыми работает антрополог.
В итоге книга читается и как практическое руководство по вовлеченной антропологии, и как страстный призыв к дисциплине прекратить прятаться за релятивизмом и академическими текстами, признав, что антропология должна менять мир к лучшему. Хочется надеяться, что после выхода
монографии Стюарта Кирша вдохновляющие работы в русле вовлеченной антропологии наконец-то появятся и на русском языке.
