Продолжу постить кусочки из прозы, где много снов. Я часто обсуждаю сны со встречными людьми, здесь воссоздан разговор с незнакомцем, который вёз меня из Сербии в Словакию. Начало главы где-то выше...

...

...Милан не хочет больше говорить о психологии и семье - ему бы забыть всё это. И он возвращает к снам, спрашивает: и что это даёт? Вот, ты запомнил сон про булочника, про Дон-Кихота, и что? В голосе слышится тот же скепсис, что отделяет людей, знающих о душе от тех, для кого она абстракция.

Что я тогда ответил, напишу позже, а сейчас расскажу, какой ответ я припас для вас, кто понимает меня глубже и быстрее, чем я сам: что сны - самоценны, как цветы. И они вышли из рук того же художника, что слепил нас, Природу и те миры, о которых мы не знаем.
Я ведь рассказал Милану самые понятные сны про мой отъезд. А сколько там «взрывающих мозг»? Вот сон в привычных для меня во сне театральных декорациях.

«Мои сиськи»
В начале сна я с гитарой и партнёршей под руку проделываю круг по освещенной софитами сцене.
Затем я смотрюсь в зеркало за кулисами. Там я женщина лет 50-ти, с внушительной фигурой и грудью под серебристым концертным платьем, крупное лицо с короткой высветленной стрижкой, меня всё вполне устраивает. Ищу поворот головы, при котором моя фигура обретает достаточную выразительность. Воинственно скалю зеркалу зубы и ору импровизированную "серенаду".
"Сиськи нараспашку,
вот мои замашки."
Партнёрша косится на меня: не слишком ли эксцентрично? По мне, так в самый раз. Образ должен быть ярким.

...

Мне жаль тех людей, которые думают, что сны - остатки дневных впечатлений. Я давно не был в театре, я не дрэг-квин, ничего приблизительно похожего не было среди моих впечатлений, и среди тех, кто меня знает, никто не понял бы, как этот образ ко мне относится. Но сны с зеркалом не оставляют другого варианта – это обо мне.

Во-первых, должен признать, что женское влияние в моей жизни было более сильным, мама и бабушка, старшая сестра, нянечки и медсёстры до 5 лет царили в ней, в то время как мужчины со своими машинами и таинственной «работой», были где-то вдали. Несомненно, это отражало и какую-то природную склонность, или некий проект по моему поводу, будь то со стороны Природы, или Бога. Алхимики не очень тут разборчивы. Я не думаю, что это самонадеянно, предполагать особенный замысел по своему поводу, скорее, это элементарная вежливость по отношению высшим силам и их неустанному труду. Несомненно, я ощущал «женский крен» моего пути, не мог менять его, поскольку мы не выбираем природу, но «обживал» его.

Несмотря на именно женщину в зеркале, во сне несомненна тема сочетания мужского и женского в себе, и это затрагивает каждого, нет ничего более чуждого европейцам, чем дистилированные мужчины и женщины патриархальных культур. Сочетание черт разных полов в дневной реальности: «Она стала более непримиримой, или последовательной, настойчивой, в ней появилось что-то мужское», или «он стал мягче, эмпатичнее, более спонтанным».

В этом сне мужская природа в агрессивности и эксцентричности. Женское преображено гротескно, как именно у drag queen, есть пафос нарушения границ, переворачивания структуры, бунтарский дух. И правда, я считаю, что приличия и чувства моралистов надо непременно оскорблять - красиво, стильно и весело, чтобы они не каменели, не стали догмой, не стали законом и основанием для насилия в адрес тех, кто строит свою жизнь иначе. Социальный поиск баланса мужского и женского – карнавальная культура. Город без карнавала, где допустимо быть голым - не идеальный город, в нём ханжи победили окончательно.

Интересно, что в советской среде было множество карнавальных традиций, нашедших социальную нишу первоначально в форме атеистической насмешки над церковью и мифом. Все эти дни Нептуна и его вариации. В пионерских лагерях был день, когда дети и взрослые играли в футбол – женщины против мужчин, только девочек и женщин изображали мальчики и мужчины, и наоборот. И это давало глоток свободы, в этом было тихое сопротивление жёсткости системы, почти единственным примером того, что порядок и иерархию можно нарушать.