Варнавиты. "Явление Девы"
С группой музыкантов в чужом городе ждём размещения в монастыре. Читаю надпись на стене и понимаю, это – секта, Варнавиты. Там написано: чем ближе ко Христу ученик, тем больше у него знаков отличий, между неофитом и настоятелем огромная разница в одежде.
…
Я в старой телогрейке и женском платке бегаю по монастырскому двору, изображая самолёт, мне весело. Сектанты - настоящие психи, я тут впишусь с любыми выходками.
…
Дальше сюжет приобретает сказочный колорит: пока мамки и няньки занимались младенцем, я стащил все священные ризы (во сне это пакеты с большими матрёшками). Когда же они обнаружили пропажу, то не бросились за мной в погоню, но тут же объяснили всё высшими соображениями и все стали писать мне записочки, бросив их в кувшин.
…
И последняя сцена – ночью в коридоре монастыря я начинаю орать об откровении, точь-в-точь как в «Сладкой жизни» Феллини: «Святая Дева посетила меня! Она призвала посвятить монастырь ее культу!» Я заранее всё распечатал на цветном принтере и развесил на всех стенах. Из келий сбегается озадаченная бородатая братия, кто-то меня слушает, кто-то читает А4. Я плачу счастливыми слезами и ревниво вглядываюсь в лица: насколько они в самом деле придурки? Принять мою игру им придётся, но во что будут играть они сами?

Этот сон еще, кроме прочего, доводит до гротеска конфликт с законом и порядком, который возникал в моей жизни всегда: в семье, в школе, в институте. Куда бы я ни приходил, мне необходимо было утвердить свой порядок, гибкий и принимающий любые повороты, порядок творчества и личной ответственности вместо порядка авторитета с закреплённым набором ролей. И это одна из причин, почему я люблю юг. Южане как раз те люди, которых трудно вставить в машину, люди эмоций, близкие к земле и солнцу.

Один из 70-ти учеников Христа, Варнава связан с Кипром: «Так Иосия, прозванный от Апостолов Варнавою, что значит — сын утешения, левит, родом Кипрянин, у которого была своя земля, продав её, принёс деньги и положил к ногам Апостолов» (Деян. 4:36-37).
Кипр — земля Венеры, южный языческий центр притяжения. Так у алхимика Дорна: «…ты должен направить свои стопы на юг; ты должен осуществить свое желание на Кипре, о котором больше ничего нельзя сказать».
…
Весной я приезжал к С. в гости на его дачу в Белых Столбах в Подмосковье - обсудить следующую поездку. Мне хотелось устроить всё по-другому. Эта дача была столь примечательна, что я не могу не сказать о ней два слова. Это были три мрачных башни, две кирпичных и одна из всего на свете - брёвен, досок, старых окон, сваренных труб и т.п., претендовавшие в целом на средневековый облик. Замок, который он строил по наброску ручкой на тетрадном листке в клеточку. Когда появлялись деньги на кирпич, он пристраивал ещё один этаж к одной из башен и останавливаться был не намерен. Пока жить можно было только в небольшой покупной бытовке рядом. Через год сосед, зарившийся на участок, сжёг всё, что мог, но, думаю, С. не сдался.

Теперь программу мы отрепетировали заранее и исполнили у католиков на Лубянке. Я выбрал название - "Magnificat" - вместо фантастического "Солисты московской филармонии" и химерного "Трубадуры-Менестрели", как С. писал на афишах в 1999.
В день отъезда СС приехал на вокзал с чемоданом, но в поезд с нами не сел. Как видно, он принял решение в самый последний момент.