Когда реальность на 2/3 совпадает с конспирологией: вариант серотипа SAT-1 ящура, вызвавший вспышки в Евразии, имеет вакцинное или лабораторное происхождение

Всемирная организация по охране здоровья животных ожидает результатов расследования. А благодарить за информацию стоит иранских учёных.
----------

Прежде всего позвольте понизить градус сенсационности: да, производство вакцин для животноводства порой создаёт те самые проблемы, о которых в отношении человеческих вакцин заявляется обычно конспирологами и антивакцинаторами. Огромные объемы производства вакцин против ящура, относительно низкая рентабельность и децентрализованность (разные регионы мира производят вакцины под свои потребности на радость противникам глобализма) на фоне в целом сниженных по сравнению с медицинской фарминдустрией требований производственного контроля приводят как к неполной инактивации вируса и контаминации партий вакцины, так и утечкам из коммерческих биолабораторий.

Проблемы возникают также и с аттенуированными вакцинами от других патогенов, причём вспышки могут затрагивать соседние страны — так, в 2017-18 годах волна заболеваемости, вызванная группой агрессивных рекомбинантных штаммом вируса нодулярного дерматита, в появлении которого поучаствовал вакцинный штамм (работы российских и казахских учёных), привела к напряжению между Россией и Казахстаном.
Поскольку подобное не создаëт прямой массовой угрозы здоровью и жизни людей, невысокий общественный интерес не способствует активности массовых СМИ в теме, а работа ответственных ведомств и дипломатические процессы часто остаются относительно непрозрачны — так круг замыкается, и сложная ситуация с вакцинопрофилактикой в массовом животноводстве остаётся малоосвещённой.

Ещё раз подчеркну: на настоящем этапе развития отрасли проблемы с ветеринарными вакцинами связаны не с РНК-вакцинами (упоминаются как основной жупел вакциноконспирологов на текущем этапе) и другими генно-инженерными продуктами, которые как раз могут исключить оба наиболее проблемных места в технологическом цикле — культивирование в огромных объëмах живого патогена на этапе производства и репликацию в организме животного у живых (аттенуированных) вакцин на этапе применения.
У генно-инженерных технологий безусловно есть свои недостатки, но именно классические методы создания вакцин в производственной среде, не так жёстко контролируемой, как для человеческих препаратов, связаны с обсуждаемыми проблемами.

Осенью 2025 года на фоне начавшихся за несколько лет до этого в некоторых странах Ближнего Востока вспышек африканских серотипов ящура (SAT-1, SAT-2)* иранские учёные обратили внимание на атипичную вспышку SAT-1 на своей территории. Хотя отмечавшиеся в сопредельных странах варианты относились к подтипам SAT-1/I и SAT-2/XIV (новый топотип, вакцина к которому была разработана в РФ после обращения правительства Иордании, см. доклад делегата из России для WOAH), вирус, поразивший скот осенью в Иране, был SAT-1/III**.

Секвенирование показало более чем 99,5% совпадение*** с штаммом BOT/1/77 из Ботсваны, что было затем подтверждено на вебинаре Всемирной организации охраны здоровья животных (WOAH)**** представителем опорной референс-лаборатории организации в Великобритании. В этом же выступлении упоминается, что недавняя вспышка ящура на севере Китая (еë география подробно описана в конце этого поста), вероятно, связана с этим же подтипом.

Так как вирус ящура — это очередной одноцепочечный РНК-вирус (как и SARS-CoV-2, ортохантавирусы и эболавирусы), его геном быстро меняется при передаче в естественной среде. Консервативность не ниже 98% указывала на то, что генетическая линия обнаруженного вируса большую часть времени не участвовала в эволюционном процессе, но где-то сохранялась.

Штамм BOT/1/77 — это классический африканский изолят (число "77" — год), ставший используемым в качестве одного из вакцинных штаммов. Такие штаммы выделяют, нарабатывают, чтобы характеризовать, а затем снова нарабатывают в большем объëме, чтобы использовать (специально ослаблять агрессивность не надо, ведь вакцина предполагается "убитая").