Обзор статьи Rystad Energy «Непобитое стекло: Баб-эль-Мандеб и риск асимметричной эскалации»

Статья, опубликованная 9 октября 2026 года, анализирует новую точку уязвимости мировой энергетики — пролив Баб-эль-Мандеб — и вводит понятие «асимметричной эскалации», при которой ограниченные действия слабого игрока вызывают непропорционально масштабные последствия для всей системы.

🧩 Главный тезис: другой тип уязвимости

Автор противопоставляет Баб-эль-Мандеб ситуации в Ормузском проливе. Ормуз — это проблема рычага: любой, кто может угрожать узкому проходу, навязывает издержки, далеко превосходящие его физическую мощь. Баб-эль-Мандеб — это обходной путь, который сам стал узким местом.

Когда Ормуз фактически закрылся, саудовские отгрузки из Янбу выросли более чем в шесть раз — с ~0,8 млн барр./сут до ~5 млн барр./сут. Около 80% этого объёма изначально шло на юг через Баб-эль-Мандеб, пока в июле хуситы не начали кампанию против этого маршрута.

⚖️ Три измерения асимметрии

Автор выделяет три аспекта асимметричной эскалации.

Асимметрия масштаба — узкое действие даёт широкие последствия. Пример: недорогие мины и дроны-катера у побережья способны парализовать глобальную логистику.

Асимметрия актора — действует негосударственное движение, а отвечать вынуждены государства и альянсы. Иран помогает развивать возможности хуситов, но спонсорство не равно командному контролю: Тегеран может влиять, но не определяет каждое решение. Суверенное правительство взвешивает территорию, экономику и дипломатию, прежде чем применить силу; негосударственное движение ведёт иной учёт.

Асимметрия контроля — никто не может с уверенностью определить, где закончится последовательность. Автор сравнивает это с Суэцем 1956 года: тогда каждый участник действовал исходя из разумного понимания собственных интересов, а сумма привела к заблокированному каналу, нарушенным поставкам нефти в Европу и отставке британского премьера. «Никто не выбирал целое».

📅 Хронология эскалации

Весной хуситы выпустили ракеты по Израилю, летом кампания расширилась и разорвала четырёхлетнее перемирие с Саудовской Аравией. 20 июля хуситы объявили эмбарго на саудовские суда, указав, что остальное судоходство может проходить. Большинство судов, по сообщениям, всё ещё проходят Баб-эль-Мандеб без инцидентов, но недельные транзиты через пролив упали с 354 до 269 в первую неделю эмбарго.

В сентябре кампания изменилась качественно. Удары дронов 10 сентября, которые Эр-Рияд приписал запускам с иракской территории, повредили насосные станции на трубопроводе «Восток — Запад» — главной экспортной артерии королевства с момента ограничения Ормуза. Линия перезапустилась 22 сентября на пониженных мощностях. Также сообщалось о взятии хуситами порта Моха и острова Перим. Это уже не только морская проблема, а вопрос национальной безопасности для государства-цели.

🗺️ Почему Перим критичен

Остров Перим делит самую узкую точку пролива на два прохода: Большой пролив (~17 км) и Малый пролив (2,5–5 км). Позиция на острове позволила бы хуситам полагаться на дешёвое, восполняемое оружие — морские мины и взрывные дрон-катера — и потенциально взимать транзитные сборы, как Иран пытался делать в Ормузе. Это и есть асимметрия масштаба: недорогие средства, дорогие последствия.

🤝 Активация Мекканского соглашения

В августе Саудовская Аравия, Турция и Пакистан заключили Мекканское соглашение о совместной обороне. Менее чем через два месяца, в начале октября, три государства объявили об активации мер коллективного сдерживания. Это произошло не из-за вторжения или действия rival-государства, а из-за кампании негосударственного движения из северных высокогорий Йемена.

Автор подчёркивает: обязательство от 5 октября — это объявление о мерах сдерживания, а не развёртывание. Численность войск и даты не названы; пакистанские силы уже находились в Саудовской Аравии в поддерживающих ролях; парламент Турции ещё не ратифицировал пакт. Заявления Исламабада и Анкары от 8 октября могут уточнить и ускорить обязательство.

🔄 Почему ответы накапливаются