Россия и Франция начинают импортозамещать друг друга в атомной отрасли

Почти одновременно появились две новости, которые по отдельности выглядят довольно техническими. Вместе они показывают, как меняется российско-французская взаимозависимость в атомной энергетике.

Во Франции вновь обсуждают одно из уязвимых мест национального ядерного топливного цикла. Как следует из письменного вопроса, опубликованного Сенатом Франции 24 сентября, конверсия французского переработанного урана в UF₆ (гексафторид урана) сейчас осуществляется в России компанией Tenex, входящей в "Росатом". Контракт с французской компанией EDF действует до 2032 года. После этого EDF рассчитывает перейти к собственной французской или европейской цепочке работы с переработанным ураном - то есть ураном, который извлекают из уже отработавшего ядерного топлива и затем снова возвращают в топливный цикл. Но инвестиционного решения о создании необходимых мощностей пока нет.

Практически зеркальная история происходит в России. На Электрохимическом заводе в Зеленогорске запущена вторая установка по переработке обеднённого гексафторида урана (ОГФУ), увеличившая мощности площадки с 10 до 20 тыс. тонн в год. Нынешняя W2-ЭХЗ создавалась с использованием французских технологий и оборудования Orano Projets - поставки импортного оборудования были завершены ещё в 2022 году.

Но следующие три установки "Росатом" рассчитывает строить уже на российской технологии. Президент "ТВЭЛ" Наталья Никипелова заявила, что отечественный аналог разрабатывался параллельно с созданием нынешней французской по происхождению установки и теперь именно его предполагается тиражировать.

Получается любопытная ситуация. Франция пытается убрать российское технологическое звено из работы с переработанным ураном, Россия - французское звено из переработки ОГФУ. Речь идёт о разных стадиях топливного цикла, поэтому буквально зеркальными эти проекты назвать нельзя, но логика у них одна: компетенции, которые раньше было рациональнее получать у партнёра, постепенно локализуются внутри страны.

Именно поэтому про российско-французские атомные отношения после 2022 года нельзя сказать однозначно - "сохранились" они или "прекратились". Скорее, они входят в фазу постепенной пересборки технологической взаимозависимости.

Причём этот процесс хорошо показывает, почему политический разрыв и промышленный разрыв живут в разных временных масштабах. Торговый поток иногда можно перенаправить за месяцы, но для замещения отдельного звена ядерного топливного цикла нужны собственная технология, оборудование, лицензирование, инвестиции и годы строительства.

В этой новости интересен обозначенный срок - 2032-2033 годы. Именно к этому моменту станет понятно, удалось ли Франции создать альтернативу российской конверсии переработанного урана. А с российской стороны стоит следить, когда заявленная отечественная технология переработки ОГФУ перейдёт от разработки к серийному промышленному тиражированию.

#разбор