Россия в урановом секторе Казахстана

В предыдущем посте я писала о том, почему Казахстан является ключевым центром мирового рынка урана. Теперь расскажу о роли России в этой системе.

Российская атомная стратегия реализуется через (surprise, surprise) «Росатом» - вертикально интегрированный холдинг, охватывающий практически весь ядерно-топливный цикл: от добычи урана до строительства и эксплуатации АЭС, включая переработку топлива. Такая модель позволила России в 2010-е годы существенно укрепить позиции на международном рынке и сформировать один из крупнейших портфелей зарубежных атомных проектов.

Однако внутри этой системы есть важная особенность. Несмотря на сильные позиции в обогащении урана, производстве топлива и экспорте реакторных технологий, в сегменте добычи Россия остаётся зависимой от внешних источников:

🟣потребность России - около 5,5 тыс. тонн в год
🟣собственная добыча - 2,9-3,6 тыс. тонн

Именно поэтому Казахстан является для России критически важным направлением.

Российское присутствие в урановом секторе Казахстана оформлено через дочку «Росатома» Uranium One и сеть совместных предприятий с «Казатомпромом»:

🟣ТОО «Каратау» (участок 2 месторождения Буденовское)
🟣ТОО «Акбастау» (участки 1, 3 и 4 месторождения Буденовское)
🟣ТОО «Буденовское» (участки 6 и 7)
🟣ТОО «Южная горно-химическая компания» (месторождение Акдала и участок 4 месторождения Инкай)

При этом стратегия России в Казахстане не ограничивается доступом к сырью. Она включает более широкий ядерно-топливный контур:

🟣Международный центр по обогащению урана в Ангарске
🟣участие в Банке низкообогащённого урана МАГАТЭ
🟣проект строительства АЭС, где в 2025 году «Росатом» возглавил консорциум по сооружению двух энергоблоков ВВЭР-1200

В целом российская модель ориентирована не столько на контроль над ресурсной базой, сколько на долгосрочную интеграцию в технологическую и инфраструктурную систему отрасли.

Что изменилось после 2022 года?
Санкционные ограничения усложнили расчёты, логистику и доступ к технологиям, увеличив транзакционные издержки. На этом фоне:

🟣часть российских долей в казахстанских ТОО перераспределяется, в том числе в пользу Китая
🟣Казахстан развивает альтернативные маршруты (например, Транскаспийский)
🟣растёт значение «нероссийских» цепочек поставок

В результате формируется парадоксальная ситуация: Россия остаётся одним из сильнейших игроков в атомной отрасли, но в сегменте добычи урана её позиции в Казахстане ограничены и зависят от внешних условий.

Именно это определяет её стратегию в регионе:
контроль не месторождений, а всей цепочки - от сырья до конечного продукта.

В следующем посте разберу французскую модель и объясню, почему военный переворот в Нигере резко изменил расстановку сил.

#Kazatomprom
#Росатом
#уран
#атомнаяэнергетика