Как сообщает ТАСС, количество казаков, привлечённых к государственной службе и иному служению России, превысило 105 тысяч человек.
Они участвуют как в ликвидации ЧС и защите границ, так и в конных патрулированиях, охране общественного порядка и других задачах.

Так как ТАСС — штука официальная, проследим численность казаков тоже по официальным данным.

Всероссийская перепись населения Российской Федерации 2002 года насчитывает 140 028 казаков.
2010 года — 67 573 казака и казачки.
2020–2021 годов — 50 490 человек казачьей национальности.

И вот вдруг к 12 сентября 2026 года оказывается, что количество казаков, только «привлечённых к государственной службе и иному служению России», превысило 105 тысяч.

Удивительные метаморфозы российской статистики.

Как ни парадоксально, но из всех приведённых выше цифр, на мой взгляд, только самой свежей и стоит доверять.

Советская власть унаследовала многовековую государственную борьбу с казаками за независимость от Российской империи. И не просто унаследовала, а существенно её доработала и радикализировала.

Так, в марте 1920 года Советская Россия начала территорию Всевеликого Войска Донского как место компактного проживания казаков кроить и делить. Сперва единую территорию расчленили, а затем, в 1924 году, отняли и последнее национальное название — обкромсанная Донская область была включена в новую Юго-Восточную, преобразованную вскоре в Северо-Кавказский край.

Кстати, в этот день, 13 сентября 1937 года, клочок от казачьих территорий назвали Ростовской областью. Поздравляю с 89-летием.

Но если бы только этим ограничилось…

Всем известно о расказачивании — массовых репрессиях и выселении в Сибирь в отношении казаков, проводившихся начиная с 1918 года (это были первые советские репрессии по национальному признаку) вплоть до 1941-го. Всё это сопровождалось совершенно невероятной по масштабу пропагандой.

В этой связи можно вспомнить роман «Поднятая целина» — где казаки будто бы иронично, намеренно показаны недоумками: глупым балаболом и лентяем дедом Щукарём, припадошным перегибщиком Нагульновым и его политически беспринципной женой Лушкой — этакой откровенной блядью, которой всё равно, с кем гулять от мужа: хоть с бандитом-кулаком, хоть с коммунистом. И только Варюха-горюха непорочна. И то из-за того, что влюблена в председателя колхоза, питерского рабочего Давыдова.
Ну, в общем, без покровительства Советской России казаки — никакие не труженики и не воины, а казачки — гулящие и скандальные бабы.

Когда ко второй половине 1930-х годов замаячила на горизонте Вторая мировая война, военных, с боевым опытом казаков стали собирать под контроль. Но и тут, в отличие от других сформированных в СССР подразделений, был усиленный политический контроль: политработников назначали из казаков, часто присылали первых секретарей райкомов. Названия давали казачьи, одновременно с возвращением в форму элементов национальной одежды.
После 1945 года надобность в героях-казаках, само собой, отпала — Кононова нет, Панвица нет, Краснова нет — нет и нужды демонстрировать противовес предателям-коллаборационистам — и казачьи военные формирования постепенно растворили в структуре Советской армии.

Примеров тому, как пыталась советская власть уничтожить казаков как народ, как территорию, оппозиционную режиму и стремящуюся вернуть себе самостоятельность, до своей трансформации в Российскую Федерацию, много.

С кончиной СССР на Дону вновь заговорили о воссоединении Волгоградской и Ростовской областей и стали требовать автономию. И «новые» власти, учтя недоработки как СССР, так и Российской империи по истреблению казаков, решили в этот раз при помощи статистики свести казаков как национальность к арифметической погрешности. Но тут опять случилась война и…

Так что 105 тысяч — это вполне реально. И не стоит забывать, что у этих 105 тысяч казаков есть родители, сёстры и братья. А также ещё бабушки, и дедушки. Ну и, само собой, жёны и дети. То есть, как ни крути, под миллион человек казаков наберется.
Продолжение ⬇️