Сегодня, 1 сентября, Православная церковь отмечает день Донской иконы Божией Матери. Невероятной красоты проникновенная древняя икона работы Феофана Грека, изображающая на одной стороне Деву Марию с младенцем Иисусом на руках (“Умиление”), и Успение Божьей Матери на другой.
С этой поистине прекрасной иконой связана не менее прекрасная история, которую наверняка слышали очень многие.
В 1380 году Московский князь Дмитрий Иванович идёт на Мамая — поход, известный нам из школьного курса истории России победой Дмитрия в Куликовской битве.
Прим.: важно помнить, что в 1380 году никакой “единой Руси” ещё не существует. На территории центра европейской части современной РФ полно независимых княжеств, которые в тот момент во многом зависят от Золотой Орды и одновременно соперничают друг с другом. Поэтому Куликовская битва — не простая картина «русские против татар», какой её сделает позднейшая государственная мифология, а эпизод гораздо более сложной борьбы князей и ордынских группировок за власть и влияние, но не суть.
Так вот. Выступает, значит, князь Дмитрий из своей Москвы в поисках битвы с Мамаем и приходит на Дон. А на Дону князя встречают донские казаки, присоединяются к его войску и передают ему свою святыню — икону Богородицы. Она сопровождает войско в Куликовской битве. По другой версии, казаки дарят князю Дмитрию икону уже после победы, но это уже детали: кто их там в 1380 году помнит в какой последовательности все происходило. Но образ носит название Донского — с Дона потому как.
Слышали же? Ну и вот.
История красивая. Даже вдохновляющая. Только вот в источниках о Куликовской битве её нет. Вообще. Нет казаков, передающих Дмитрию икону. Нет сцены дарения. Нет сведений о том, что эта икона была привезена с Дона. Да и говорить о Войске Донском применительно к 1380 году весьма затруднительно: то донское казачество, которое мы знаем по письменным источникам, появляется значительно позже.
А сама икона — настоящая. И действительно очень древняя. Знаменитую Донскую икону, которая сегодня хранится в Третьяковской галерее, датируют концом XIV века. То есть по времени она действительно близка к Куликовской битве. Но никаких свидетельств о её первоначальном нахождении на Дону нет.
Зато в ее реальной истории есть Коломна.
Существуют письменные свидетельства того, что икона находилась в Коломне. И это вполне объяснимо: именно в Коломне Дмитрий собирал войско перед походом. Снова две версии: согласно первой, икону могла заказать жена князя в память о битве (об этом пишет в своей книге Лидия Алексеевна Щенникова, исследовательница древнерусского искусства, много занимавшаяся Донской иконой), другую находим в “Троицкой повести о взятии Казани”, написанной в 1553 году, всего через год после реальных событий. Именно здесь мы впервые достоверно встречаем этот образ в письменных источниках. Автор, предположительно троицкий келарь Адриан Ангелов, пишет, что в 1552 году перед Казанским походом Иван Грозный молится в Успенском соборе Коломны перед образом Богородицы «пречистые, иже на Дону была с преславным великим князем Дмитрием Ивановичем».
Обратите внимание на формулировку: здесь упоминается не «икона донских казаков», не «икона, принесённая с Дона», а образ, который был с князем Дмитрием на Дону. После победы над Казанью Иван IV переносит святыню из Коломны в Москву. Она оказывается в Благовещенском соборе Кремля и становится одной из важнейших военных святынь Московского государства.
То есть документально прослеживаемый путь иконы выглядит примерно так: Коломна → Москва. Никакого подтверждённого маршрута Дон → Москва мы не имеем.
И тут возникает совершенно естественный вопрос. А откуда тогда вообще в этой истории взялись казаки?
И вот здесь становится действительно интересно. Потому что казаки появляются в истории Донской иконы только спустя почти ТРИ (!) столетия после Куликовской битвы.
Продолжение следует.